Учимся растить любовью. Безопасность детей в Сети

25 апреля 2024 г.

Тема выпуска - "Безопасность детей в Сети". Гость студии - общественный деятель Андрей Анатольевич Афанасьев, руководитель проекта "На распутье.ру", автор книг "Дети Интернета, что они смотрят и кто ими управляет" и "Основы выживания в Сети. Краткий курс для детей и родителей". Поговорим об основных опасностях Интернета, о том, каким образом детям преподносится запрещенная информация и как происходит вовлечение в незаконную деятельность.

Сегодня мы будем говорить о безопасности детей в Сети. В гостях у нас Андрей Афанасьев, руководитель проекта (и одноименного сайта) «На распутье.ру».

– Андрей, расскажите немного о своем проекте. Я с ним отчасти уже знакома. Мне кажется, что это не просто любопытно, но это необходимый ресурс для каждого родителя, каждого педагога. Для меня было большим откровением то, что Вы говорите о безопасности в Сети. Главное, что родители понятия не имеют, какую жизнь их дети проживают, когда берут в руки телефон или включают компьютер. Это действительно так. Из каких потребностей родился Ваш проект и к каким выводам Вы пришли?

– Из каких потребностей? Жизнь заставила, скажем так. У меня трое детей, и, как и все родители, я достаточно сильно обеспокоен той ситуацией, которая складывается последние десятилетия в наших медиа в интернет-среде. Идея сайта появилась как необходимость, и он задуман как электронная библиотека. Материалы там распределены по категориям: родителям школьников, родителям дошкольников, игровая зависимость и так далее. Любой родитель может зайти на сайт, изучить эти материалы, понять, какие сейчас есть угрозы, что нужно делать, что и в каком возрасте не нужно делать. Большинство материалов мне присылают сами родители. Сайт работает с 2017 года, материалов накопилось достаточно много. Из этих материалов у нас и формируется некая общая картина происходящего и понимание тех угроз, с которыми дети сталкиваются в Сети. К сожалению, вынужден констатировать, что ситуация лучше не становится.

– Это ожидаемо. Когда Вы занялись этой инициативой в частном порядке, каким образом Вы вышли на широкий, общероссийский уровень? Вас знают, Ваши книги читают, Вас приглашают на тематические конференции. То есть Вы стали общественником в этом вопросе. Таких, как Вы, много? Хотелось бы узнать, есть ли у нас невидимый фронт из тех, кто каким-то образом просвещает родителей и педагогов в этом плане.

– Такие люди, конечно, есть. Всю информацию, которую я собираю, я вкладываю в определенные статьи, видеоролики, выступления и все это пытаюсь донести до родителей. Но эту информацию собираю не я один. Многое мне присылают. Я общаюсь со специалистами, которые работают с детьми и занимаются именно этой темой. Именно из этого и формируется некое понимание. Так родилась моя первая книга «Дети интернета, что они смотрят и кто ими управляет». Кстати, хочу сказать спасибо Андрею Фефелову, руководителю канала «День ТВ», который на одной из передач предложил мне все эти материалы обобщить, собрать воедино. Так, в общем-то, и родилась книга; благодаря издательству «Наше завтра» она вышла в свет.

Сейчас у меня вышла вторая книга. Она появилась как запрос после первой. Книга «Дети интернета…» рассчитана на возраст 18+, потому что там все написано достаточно откровенно. Если эту книгу дать детям, особенно маленьким, то для них она будет экскурсией по тому, чего они не знают (хотя, скорее всего, они всё это уже, к сожалению, знают). Вторая книга – «Основы выживания в Сети. Краткий курс для детей и родителей» – в возрастной маркировке 12+. Я убрал упоминания всех деструктивных субкультур, деструктивных каналов, убрал какие-то скриншоты. То есть там все дано в том виде, в котором можно дать ребенку как некую инструкцию по выживанию в Сети.

– Давайте поговорим о тех самых опасностях, которые таит Интернет и о которых родители, может быть, не догадываются. Все знают из новостей о тех страшных группах, которые подбивают детей на преступления или же на какое-то членовредительство, вплоть до суицида. Но, наверное, это лишь верхушка айсберга; я думаю, в Сети гораздо больше всего, и многое родители просто не успевают всё отслеживать. Вы успеваете. Поделитесь самыми главными моментами, которые родитель должен учитывать.

– Мы отслеживаем, но, к сожалению, так же, как и полиция, выступаем в роли догоняющих. То есть сначала появляется угроза, потом ее становится все больше и больше, когда ее становится совсем много, мы о ней узнаем и начинаем что-то объяснять, рассказывать. Но это всегда идет с опозданием. Но есть и некие постоянные угрозы. Например, что сейчас обсуждается по этой теме? После теракта в «Крокусе» детям стали массово приходить рассылки: сообщения с предложениями о работе по совершению актов терроризма. В СМИ и в обществе поднимают тревогу: мол, как же так, откуда у этих людей номера детей, почему им такое присылают?

Честно говоря, эта проблема совсем не новая. Потому что, например, сообщения о предложении поработать закладчиками наркотиков приходят детям ежедневно на протяжении того времени, сколько в России работает Telegram...

– Каким образом работает этот механизм? Мне такие предложения не приходят. Почему они приходят детям?

– Ребенку приходит предложение: «Хочешь заработать?» Не всегда пишут, о чем идет речь. Ребенок соглашается под какими-то предлогами и делает, условно говоря, первую закладку. Сейчас это все происходит дистанционно благодаря Telegram – все завязано на нем. Но про это почему-то мало говорят. Как только ребенок совершает первую закладку (а куратор всегда находится где-нибудь за границей, то есть куратора не ловят), для ребенка это становится, так скажем, уже приговором, потому что просто так его с этой «работы» (в кавычках) уже никто не отпустит. Он работает неделю или две, потом его ловят. Их ловят абсолютно без проблем, и получают они срок от 8 лет.

– Какие еще есть неочевидные угрозы? Например, если о закладчиках и о группах, где призывают к преступлениям, я слышала, то для меня было откровением, что бывают мультфильмы, которые выглядят очень безопасно для ребенка, но на самом деле это не так. Резиновые игрушки с каким-то ужасающим содержанием. Об этом я узнала только от Вас. Я думаю, дети могут это узнать гораздо раньше родителей.

– Это главная проблема видеохостинга YouTube. Родители об этом не задумываются, но на самом деле у YouTube возрастные ограничения 18+. В США YouTube 18+. И это совершенно по делу, потому что там масса таких материалов, опасность которых не только в том, что они есть, а в том, что они встроены в рекомендательную систему. К примеру, ребенок начинает смотреть «Смешарики». Мама посмотрела, что ребенок смотрит что-то хорошее, и занялась другими делами. Но серия «Смешариков» закончилась, и автоплей на YouTube включает следующее видео, вовлекая в ту тему, которая завязана с повесткой Google и YouTube. Это, например, пропаганда ЛГБТ, смены пола и так далее.

Как это происходит? К примеру, есть сеть каналов «Анимированные истории». Это достаточно качественно сделанная простая детская анимация, рассчитанная даже не на маленьких, но и некоторые подростки смогут это посмотреть, потому что там темы интересные. Но основные темы – те, что я выше обозначил. Причем количество просмотров у этих роликов от 100 до 500 тысяч, есть некоторые ролики с миллионом просмотров. Когда я начал изучать эти каналы, я выяснил, что ролики переведены на все основные европейские языки. И все построено так, что в каждой стране дети думают, что эта история именно про них.

Как они набирают миллионы просмотров? Именно благодаря алгоритмам YouTube, благодаря его политике они оказываются в трендах YouTube, а все, что оказывается в трендах YouTube, находится в правом столбце, в разделе рекомендованных видео, откуда идет до 80 процентов всех просмотров на YouTube. То есть ребенок (да и взрослый тоже), зайдя на YouTube за чем-то хорошим, оказывается втянутым в определенную среду, которая потом будет навязываться. То есть YouTube сначала формирует интересы ребенка через раздел «рекомендовано», а потом предлагает ему ролики на основе интереса, который он сам же и сформировал. То есть это замкнутый круг. И это общий принцип.

То же самое в приложении TikTok. Но там еще хуже, потому что TikTok в принципе лишил пользователя права выбирать то, что у него окажется в ленте. Там автоматическая бесконечная лента, управляемая алгоритмами. И TikTok взламывает каждого пользователя, отслеживает его действия. Допустим, человек первый раз зашел в TikTok, ему предложили 10 разных роликов, не связанных общей тематикой. Если на одном ролике на три десятых секунды человек остановился дольше, чем на предыдущем, значит, психика на это реагирует более ярче, значит, через два ролика ему покажут похожий. Если на похожем ролике человек тоже задержался, значит, предположение подтвердилось и именно это надо показывать чаще.

Ролики там специально короткие, по 3–5 секунд, то есть буквально за 10 минут человека можно полностью взломать и понять, на что он реагирует и что ему в ленте показывать. Взрослые люди рассказывают: мол, зашел в TikTok, начал листать ленту, в итоге 5 часов прошло. Куда время делось?

У каждого человека есть родственники, которые в WhatsApp постоянно шлют эти глупые ролики с TikTok. Это проблема не только детей, это проблема массовая. Многие такие платформы, как TikTok, заточены на то, чтобы благодаря таким манипуляциям искусственно создавать зависимость. Они создают зависимость, а потом, когда человек стал зависим, подсовывают ему то, что им нужно, то, что соответствует их политике.

– Мы, конечно, перейдем к вопросу о том, что делать, но пока хочется еще поговорить об опасностях. Например, есть группы, где показываются сцены насилия. Непонятно, кому это выгодно, зачем это делается, кто лоббирует эти интересы, чтобы подобные ролики снимались, и зачем в это массово вовлекать детей и подростков. Есть очень много групп, где контент не 18+ и даже не 21+. Нормальному человеку, увидевшему это однажды, нужна будет психотерапия, мне кажется. Может быть, Вы знаете, что за этим стоит и зачем это? Откуда такие группы берутся и как дети в них попадают?

– Любая деструктивная группа – это всегда манипуляция. Если мы говорим о шок-контенте, то это манипуляция на страхе. Когда человек боится, находится в состоянии ужаса, им очень легко управлять. Напуганному человеку можно внушить что угодно. Но это одна сторона. Другая сторона – прямая монетизация контента.

Допустим, сейчас у детей массово популярны каналы (я не буду их называть) в Telegram. Telegram-каналы – основное зло сейчас. Сеть VK в последнее время сильно теряет свои позиции; я думаю, скоро это уйдет. Сейчас все в Telegram, который гораздо грязнее и VK, и всех западных платформ вместе взятых; там нет дна. Я всегда говорю, что вся наркоторговля в России открыто работает в Telegram. Это любой может проверить.

Так вот, один из самых популярных видов каналов – где школьники избивают других школьников. И выкладываются эти видео. На канале 100–200 тысяч подписчиков. А сейчас у маргинальной части молодежи так: чем больше подписчиков, чем больше просмотров, тем, значит, больше молодец. Я мониторю эти каналы, где выкладываются избиения. Там параллельно идет реклама о продаже травматического оружия. Скорее всего, это связано с мошенничеством, потому что там предлагают лицензию за десять тысяч, тем не менее это есть.

То есть идет реклама оружия, реклама наркотиков, реклама наркомагазинов. Причем реклама очень интересная, завуалированная. В маргинальной среде, где популярен такой шок-контент, избиения, очень удобно пропагандировать наркотики. Пропаганда наркотиков – многомиллиардный бизнес. Где им взять аудиторию? Они формируют под себя аудиторию. Если кто-то готов смотреть на избиение детей, на убийства, насилие, то это как раз та аудитория, которая сможет купить наркотики.

Нет смысла рекламировать наркотики в группе, посвященной классической музыке. А вот в этой среде это очень удобно. И делается это очень тонко: периодически всплывает реклама таких каналов. Например, подается так: хотите увидеть дичайшие, ужасные последствия употребления наркотиков? Ребенок переходит по ссылке и смотрит. Стоит ему перейти на этот канал, у него в чате сразу появляется бот, который дает ссылки на наркомагазины. И показывают там, естественно, не последствия, а «преимущества» употребления. То есть, в принципе, идет прямая реклама. Я видел достаточно много таких каналов. Так что у нас идет наркотеррор на самом деле, и направлен он в первую очередь на молодежь.

– И мы узнаем из новостей, что дети из приличных семей вдруг оказываются вовлеченными в этот бизнес. Мало того, именно они попадают в колонии, несут ответственность за свои поступки, иногда даже не понимая, какие последствия их ждут. Я думаю, большинство родителей считают, что это точно не про их ребенка.

Есть еще, скажем так, лайт-варианты: не наркотики, не табак, а вейп или легкий алкоголь. Это как бы более социально приемлемые химические вещества, но они тоже влияют на наших детей, вовлекают их в неправильный образ жизни и портят их здоровье как минимум. Расскажите нашим телезрителям о том, как происходит попадание в такие группы.

– Про вейпы, кстати, очень важная тема, очень актуальная, потому что мы видим, как увлечение этим с каждым годом растет. Как появились вейпы? Они появились как средство бросить курить. Привожу статистику Минздрава за 2022 год: с момента появления на рынке электронных сигарет зависимость у школьников от никотина выросла в 5 раз. Вот так бросили курить! Причем, я считаю, это очень заниженная статистика, потому что это сложно измерить. Если зайти в любую школу и спросить у директора, парят ли дети вейпы, скажут, что нет. Но при этом у каждого директора стоит большая коробка, до верху забитая этими устройствами. Это сейчас в каждой школе, к сожалению.

– Получается, это вхождение в табакокурение, а не наоборот. Начинаем с вейпов, а переходим к табаку.

– Нет, это, в принципе, конечный продукт. Продажа вейпов гораздо выгоднее, чем продажа сигарет. Во-первых, подсадка на никотин происходит гораздо быстрее. Основное вещество там – никотин. Курение либо парение – это процесс, и это вторично. Важно само действующее вещество – никотин. Почему он не признан наркотиком, хотя это наркотик? Потому, что деньги слишком хорошие, я так понимаю.

Молодежь говорит: мы не курим, мы парим. Как школьников убеждали, что нужно именно так делать? Есть такой маркетинговый коммерческий ход: выбор без выбора. Допустим, когда мама хочет заставить ребенка убраться в комнате, она говорит: «Выбирай: моешь или полы, или посуду». То есть третьего варианта не дано. В этой теме получилось то же самое. Детям говорят, что можно курить, а можно парить. Но ты вдыхаешь вонючий дым, и не так важно – в виде эмульсии или в виде дыма. Но про это никто не говорит почему-то. То есть детям предлагают выбор без выбора.

Кстати, проблема еще в том, что сейчас снизился возрастной показатель: если раньше дети начинали курить в 14–15 лет, то сейчас – в 8–9 лет.

– Я видела ролики, которые Вы показывали. Это совершенно ужасающе.

– То есть это начальная школа. Что при этом происходит с организмом? Во-первых, парящий человек потребляет гораздо больше никотина, чем курильщик. Я когда-то давно курил, уже 10 лет как бросил, но я помню, какой это ужас, когда постоянно тянет покурить. Но сигарета конечна: ее выкурил – и дальше проходит какое-то время без сигареты. А вейп – это гаджет, он тактильно приятный, он вибрирует, заряжается. И его необязательно до конца выкуривать: чуть попарил – бросил, чуть попарил – отложил. От него не пахнут руки, как от сигареты, то есть родители этого не заметят. И пар мягкий. То есть специально сделано для детей.

Если говорить о сигаретах, то те, кто пробовал курить, помнят, что такое первая затяжка: слезы, кашель, очень неприятные ощущения. Табачники это поняли в свое время и сделали вот эти устройства, в которых глицерин и пропиленгликоль смягчают действие, ароматизатор дает приятный запах. В итоге возраст подсадки на эти устройства снизился сейчас до 6–8 лет.

– В Сети реклама этого везде…

– Реклама вейп-продукции шла и идет в интернет-среде. Более того, вся продажа этой продукции идет там же. У нас недавно приняли закон о запрете продажи вейпов несовершеннолетним. Все сказали: «Ура, как здорово!» Но в реальности что-то изменилось? Абсолютно ничего. Потому что в этом законе нет слова «интернет». То есть, по сути, это касается всяких ларьков, для них ввели штраф, если они продадут вейп несовершеннолетним. Но несовершеннолетние никогда там и не покупали. Зачем? Сейчас в каждой школе у детей это основной бизнес: они закупают на маркетплейсах эти парилки и продают одноклассникам. У нас об этом мало кто задумывается, а на Западе эта проблема уже более чем актуальна; вейпы с ароматизаторами в Европе давно запрещены. Мы, мягко говоря, отстаем в этом процессе, и нас ждет настоящая эпидемия легочных заболеваний, связанная с массовым употреблением детьми вейпов.

Что же делать? Запретить – это выход? Вряд ли это выход. Потому что Интернет – это еще и масса полезной информации. Интернет – это здорово, если знать, как им пользоваться. Что могут сделать родители, кроме родительского контроля? Родители больше вообще ничего не знают. Но, насколько я знаю из Ваших же роликов, родительский контроль легко обойти. Какие Ваши рекомендации? Всё запретить, запереть детей?

– Запретить и запереть – это было бы слишком просто. По поводу родительского контроля – к сожалению, это технически невыполнимо. Что родители хотят? Чтобы ребенок сумел отличить добро от зла в Сети. И в добро ребенка пустить, а в зло не пустить. Но это технически невыполнимая задача, которая никогда не будет решена. Важно сказать, что система родительского контроля не работает в социальных сетях, мессенджерах, в YouTube, в TikTok. Есть технические нюансы, почему это сделать невозможно.

– Я знаю, Вы советуете, родители должны следить за тем, чтобы у детей не было Telegram, по крайней мере, до какого-то сознательного возраста.

– Да. Сейчас самая опасная платформа – Telegram. Чтобы что-то объяснить ребенку, родителям нужно самим это изучить. Но тут возникает главная проблема: взрослые и дети сейчас живут в двух абсолютно разных, нигде не пересекающихся реальностях. И главной своей задачей я считаю немножко приоткрыть родителям тот мир, в котором живут их дети.

Вопрос возраста – ключевой, важный. Мы росли без Интернета, потому что его не было. Но когда Интернет появился, мы как личности сильно изменились? По-моему, не очень; я бы сказал, совсем не изменились. Потому что мы сформировались тогда, в тот золотой возраст, когда в человеке закладываются основы его личности. Так вот, сейчас детям, когда закладываются основы личности, суют это устройство уже в коляску. Мы это видим в поликлиниках, детских садах.

Есть такое понятие, как импринтинг. Например, утенок рождается, ходит за мамой-уткой, повторяет ее действия и в дальнейшем становится уткой. Если утенок будет ходить за собакой, он будет вести себя соответственно.

Так вот, если мы даем ребенку в коляску какое-то устройство, оно для ребенка становится мамой, оно его воспитывает, оно его радует, дарит нужные эмоции. То есть оно главное. А мама кто? А мама – зарядка для этого устройства… Родители с детства суют в коляску устройство, а потом, когда ребенок вырастает до 12–14 лет, хотят это отнять, прибегают к психологу, психиатру: дескать, у него зависимость…

– То есть мы приходим к идее, что надо устанавливать доверительные детско-родительские отношения и формировать интересы вне Сети, которые могли бы превалировать. Я правильно понимаю?

– Естественно. У ребенка должны быть живые, настоящие, интересные впечатления, чтобы он не искал в альтернативной реальности нужные ему эмоции.

– Спасибо большое, Андрей. Мы очень много всего затронули, но у Вас на сайте narasputye.ru гораздо больше информации. Надеюсь, наши телезрители зайдут на этот сайт. Потому что просвещение родителей – это то, с чего надо начинать...

Автор и ведущая программы Марина Ланская

Записала Нина Кирсанова

Показать еще

Время эфира программы

  • Четверг, 27 июня: 00:30
  • Пятница, 28 июня: 05:30
  • Суббота, 29 июня: 08:05

Помощь телеканалу

Православный телеканал «Союз» существует только на ваши пожертвования. Поддержите нас!

Пожертвовать

Мы в контакте

Последние телепередачи

Вопросы и ответы

X
Пожертвовать