Вторая половина. Матушка Ксения Кокарева

«Случайная встреча», «случайная ситуация»… Нет. В жизни ничего не происходит случайно. Проложенная Господом Богом наша жизненная дорога – это непрерывная цепь событий единственно правильных и спасительных именно для нас. И наверняка каждый может по собственному опыту уверенно сказать, что это так: словно невидимая рука берет нашу руку и ведет по жизни, оберегая и любя.

Alma mater для большого числа священнослужителей Русской Православной Церкви – Самарская духовная семинария. С 2018 года ее возглавляет протоиерей Максим Кокарев.

Протоиерей Максим Кокарев, ректор Самарской духовной семинарии:

– Мы сейчас находимся в домовом семинарском храме в честь преподобных Кирилла и Марии Радонежских. Это сердце и средоточие всей духовной жизни семинарии. Я поступил сюда в 1997 году, поэтому эта церковь для меня самая родная. С большим теплом я отношусь к тем нескольким храмам, в которых мне довелось служить с 2000 года, со времени рукоположения, я их вспоминаю и посещаю, но семинарский храм – это дом для меня. 

Сегодня в семинарии традиционный концерт-лекция «Александр Кастальский и его современники». Участники: смешанный хор семинарии и мужской губернский хор «София» под управлением диакона Андрея Попова. Смешанным хором дирижируют студентки старших курсов регентского отделения, поют семинаристы, в числе которых сын ректора – Тихон Кокарев.

Матушка Ксения Кокарева:

– Мы счастливы, что он наконец-то поет. Я знала, что у него есть голос и слух, но, только поступив в семинарию, он запел в хоре. Маленьким он пел в детском хоре, поэтому я знала, что у него есть способности. Поэтому слава Богу, что он сейчас поет.

У нас трое детей. Елизавете двадцать три года, Тихону в мае будет двадцать, Савве исполнилось семнадцать лет, он в десятом классе.

По паспорту – Оксана Владимировна. В крещении – Ксения. Она родилась в Самаре (в то время Куйбышев) и выросла в атмосфере любви, добра, заботы. Семья: папа, мама, старший брат – надежная гавань любви, в которой прошло ее детство.

Матушка Ксения Кокарева:

– Я ходила хвостиком за братом, дружила с мальчишками и была в мальчишеской компании: лазала по крышам, заборам, деревьям, горам. У бабушки мы все лето проводили, лазали по горам в селе Солнечная Поляна (это «Самарская Лука», чудесное место).

Папа поступил в художественное училище, когда пришел из армии. Это достаточно поздно. Даже помню, как дома стояли мольберты, я пыталась что-то там подрисовать, за что меня, конечно, ругали. Позже в художественное поступил мой брат. В соседней комнате прекрасно пахло масляными красками, растворителями и разбавителями. Родной запах.

Папа матушки Ксении – известный в Самаре скульптор Владимир Анатольевич Рассказов. Его работы можно увидеть на улицах города. Брат, Максим Владимирович Рассказов, живописец, член Союза художников России. Сама Оксана тоже училась в художественной школе, но по пути отца и брата не пошла.

Матушка Ксения Кокарева:

– Мне казалось, что эту стезю уже выбрал член нашей семьи. Его призвание явно проявлялось. Куда мне?

Увлекающийся по своей природе человек, Оксана в школе всерьез занялась иностранными языками и была намерена связать с ними профессию.

Матушка Ксения Кокарева:

– Но мой любимый родной брат как-то пришел ко мне и сказал: «Ты будешь поступать на исторический!» Я удивилась, но поскольку доверяла брату, послушала его и поступила. История тоже всегда была мне интересна.

Девушка поступила заочно и продолжала работать, профессионально себя искать.

Матушка Ксения Кокарева:

– У меня был опыт. Я одиннадцать лет проработала научным сотрудником в художественном музее: хранила коллекцию, вела занятия, лекции.

Первые лекции палеографии вел прекрасный педагог Эдуард Львович Дубман. Он спрашивает: «А знает ли кто-нибудь из вас дополнительные исторические дисциплины?» А я сидела на первых партах и слышу, кто-то с задних рядов говорит: сфрагистика, геральдика, что-то еще. Я смотрю назад: кто там такой умный...

Протоиерей Максим Кокарев:

– Отец по образованию историк, окончил наш педуниверситет (тогда Куйбышевский институт), но работал не по профессии. Большую часть жизни был художником, газетным иллюстратором – художественным редактором «Самарской газеты» (очень крупное издание). Его помнят в Самаре как известного карикатуриста.

Отец воспринял мою идею о поступлении в семинарию не остро негативно, но с пожеланием, чтобы я получил классическое светское образование.

Духовное образование Максим Кокарев получал очно, а светское – заочно, поэтому и оказался в одном потоке с Оксаной.

Матушка Ксения Кокарева:

– Он большой юморист, с ним очень интересно и весело. Один раз смотрю: стоит в коридорах университета и читает очень старую книгу. Спрашиваю, что это у него такое, можно ли посмотреть, почитать. А я вижу, что это книга XIX века. Он согласился дать почитать на недельку. Так потихонечку интерес к истории, к книгам завязал между нами отношения.

То, что Максим Кокарев – семинарист, однокурсники узнали не сразу. Для него выбор духовного пути был предопределен с детства.

Протоиерей Максим Кокарев:

– Отец и дед моей мамы – священники. Мой прадед – исповедник протоиерей Иоанн Фомичев. Он дважды отсидел. В конце войны он появился в Куйбышеве, стал секретарем Куйбышевской епархии, правой рукой владыки Алексия (Палицына), который всю войну тянул на себе церковную жизнь. Его рука и почерк хорошо узнаваемы, очень часто встречаются в документации Куйбышевского епархиального управления. Он был настоятелем Петропавловской церкви некоторое время – одной из двух церквей в Куйбышеве, которые действовали в послевоенное время. При этом он был художником. Одно из самых теплых ощущений: в апостольском храме, где он был настоятелем, висят две его иконы.

Дед отца Максима – протоиерей Николай Фомичев. Именно он больше, чем кто-либо, повлиял на выбор духовного пути внука.

Протоиерей Максим Кокарев:

– Каким-то совершенно мистическим образом он меня передал с рук на руки человеку, который меня по-настоящему ввел в церковную жизнь.

Имя этого священника – отец Олег Булыгин. Именно он взял Максима своим помощником в храм Иоанна Предтечи, куда был поставлен настоятелем. За четыре года служения в этой церкви у Максима вызрело понимание, что он должен продолжить священнический род.

Матушка Ксения Кокарева:

– Когда он учился в семинарии, продолжал быть алтарником у отца Олега в храме. Я приходила к нему на службы, и постепенно он меня знакомил с храмом. Помню, первый раз пришла на клирос, он меня туда посадил, а я еще ничего не знаю: когда поклониться, когда вставать…

Примерно через два года после знакомства Максим и Оксана стали мужем и женой, и очень скоро к ним стали обращаться: «отец Максим» и «матушка Ксения».

Матушка Ксения Кокарева:

– Через день он рукоположился в диаконы, через два дня – в иереи. Еще до свадьбы я познакомилась с его семьей, с бабушкой – вдовой священника Николая Фомичева. Но я не понимала, что такое матушка.

Господь так управил, что после свадьбы молодая семья Кокаревых какое-то время жила вместе с бабушкой, матушкой Марией Фомичевой. Именно она рассказала и показала своим примером матушке Ксении, что значит быть женой священника.

Матушка Ксения Кокарева:

– Она говорила о супруге: «начальник»: «Начальник придет, скажет так – ты так и сделаешь». Слава Богу, она показала бытовые вещи, психологические. Наверное, я научилась принимать людей: каждому нужно внимание, тепло, любовь и поддержка.

Протоиерей Максим Кокарев:

– Когда меня рукоположили в 2000 году, первым моим местом служения был храм святых первоверховных апостолов Петра и Павла. Прихожане очень быстро узнали, кто я и что я. Еще старые бабушки ходили, которые помнили прадеда. Я большую часть значимых церковных праздников встретил в других храмах. Меня командировали всюду, куда только можно, потому что была огромная потребность. Это было непросто, но я благодарен за это, потому что я объездил большую часть губернии.

Матушка Ксения Кокарева:

– Было достаточно сложно. Я помню, как он приходил первый месяц на службу каждый день (это была как практика при соборе), возвращался домой и падал.

Служебный график отца Максима всегда был и теперь остается плотным. Помимо руководства семинарией он до недавнего времени возглавлял Епархиальный отдел по взаимодействию со средствами массовой информации, принимал участие в подготовке и выпуске телевизионной программы «Путь паломника». Сейчас в действии еще один телепроект на одном из самарских телеканалов. Но и это еще не все.

Матушка Ксения Кокарева:

– Он историк, кандидат теологии, перелопатил уже все самарские архивы, а также архивы Санкт-Петербурга, Москвы и даже Томска.

Протоиерей Максим Кокарев:

– Если бы я не стоял у престола, хотя бы в праздники и воскресенья не молился, я бы ничего из этого и близко не смог. А так все складывается органично.

Матушка Ксения по мере сил помогает мужу в научной работе как историк и как увлеченный человек. Сама освоила профессию подолога, казалось бы, такую далекую от духовной жизни, но это на первый взгляд.

Матушка Ксения Кокарева:

– Видишь результат своих трудов, когда у человека проходит боль, ему становится легче, причем не всегда физически (порой просто пообщаешься во время процедуры)… Многих знаю годами. Узнаю, что ребенок родился, пошел в школу, встречаюсь с ними, что-то рассказываю о себе… Это вдохновляет.

Матушка Ксения понимает и принимает, что для любимого на первом месте – служение, а его дом – гавань любви и тепла, в котором он восстанавливает силы.

Матушка Ксения Кокарева:

– Стараюсь принести ему что-то интересное. Он занят какими-то делами, а придет домой, захочет перед сном что-то почитать – а там книжка новая.

Протоиерей Максим Кокарев:

– Я могу сказать совершенно, что меня и всего того, что у нас есть, не было бы без нее. Такая поддержка, любовь, честность, простота, доверие, открытость!

Матушка Ксения Кокарева:

– Тихон собирался в политехнический институт, но, может быть, почувствовал, что должен продолжать семейную традицию. Видишь цель, видишь Божью помощь в жизни и, хоть бывают скорби, неприятности, понимаешь, что с Богом все возможно.

Мы скоро с вами увидимся и продолжим знакомство с семьями священников и их вторыми половинами.

Ведущая Елена Саенко