Свет невечерний. Нейтральные воды

У Льва Романовича Шейнина, замечательного советского писателя, автора детективных книг, есть рассказ, небольшая заметка из его следовательской практики, о том, как они с товарищем расследовали дело о самоубийстве 13-летнего мальчика. Всю эту историю он описал в своем рассказе «Тройка по физике». И название говорит о причине самоубийства этого мальчика.

Представьте: простая советская московская семья. Тридцатые годы. В семье рос способный и спортивный мальчик. Мальчик принадлежал поколению, которое благодаря советской власти получило возможность учиться в школе, читать книжки, заниматься спортом и получать хорошее образование. Для этого поколения было характерно то, что  все крепко учились. Меня всегда поражало в воспоминаниях, например, Виктора Розова или Александра Зиновьева, что невозможно было прийти в школу, не выучив урок. Это было событие космического масштаба, если ученик явился в класс, не выучив урок, не сделав домашнее задание.

Для моего поколения это было дело обычное. Я даже в последние годы учебы, когда увлекся Церковью, позволял себе делать уроки на перемене, мог вообще не делать, как-то выкручивался. Предвоенное поколение очень жадно воспринимало школу.

Так вот, трагическая история, о которой рассказывает Шейнин, произошла на его глазах. Они приехали по вызову и увидели, как родители вынули из петли 13-летнего мальчика. Мы часто слышим о том, что это примета нашего времени, когда дети совершают самоубийство. Оказывается, детские суициды были характерны для всех поколений, всех эпох. Это было и до революции, и в прежние столетия. Может быть, об этом так часто не говорили и так не возмущались, как в наше время, но это было, к сожалению, большой бедой каждой эпохи.

Шейнин, будучи следователем, начал выяснять причины этого инцидента и выяснил, что мальчик, увлекшись спортом, стал потихонечку терять хватку в учебе, не так внимательно относился к занятиям и получил тройку по физике. За эту тройку отец его выпорол и наказал тем, что не взял с собой в кино. Они с супругой пошли в кино, а мальчик остался дома один и повесился на том самом ремне, которым отец его выпорол.

Как выяснил Шейнин, отец был прекрасным семьянином, души не чаял в сыне. Он был родом из деревни и со слезами на глазах рассказывал следователю, что этого никак не ожидал, что их в детстве пороли за всякий проступок, но они даже внимания на это не обращали. На сына он никогда руку не поднимал, подумал, что надо проявить свою отцовскую волю и наказать его, чтобы он вразумился.

Отец требовал, чтобы его наказали. Мать, конечно же, убивалась. Выяснилось, что мальчик просил учительницу по физике не ставить ему тройку, дать возможность пересдать материал, чтобы не огорчать отца. Он очень переживал, как отец это воспримет. Но учительница была молодая, ей хотелось подтвердить свой авторитет, и она настояла на тройке. И получилось то, что получилось.

Трагическая история. Шейнин делает вывод, что мы не можем судить отца. Хотя начальство в прокуратуре требовало отца непременно посадить, Шейнин сделал все, чтобы оправдать этого несчастного человека. Как дальше сложилась его судьба, мы не знаем, но в конце истории стоит скорбное многоточие.

Почему так происходит? Почему случаются такие тяжелые истории? Все в этой истории хорошие люди. Мальчик не хочет расстраивать папу. Отец хочет соответствовать образу отца. Мама всех любит. Учительница просто выполняет свое дело. Но происходит вот такая трагическая история.

Мы можем искать объяснения в области педагогики, психологии, даже биологии, если угодно. Но никогда в таких ситуациях нельзя сбрасывать со счетов еще один фактор, который мы как христиане учитываем. Как говорил один старичок у нас в соборе, враг в отпуск не пошел. Всегда за любым человеком сохраняется ангельское или демоническое воздействие. Мы можем делать вид, что это мысли людей отсталых и они недостойны образованного современного человека, но это так. Враг в отпуск не пошел.

Большая иллюзия, в которую современный человек себя погрузил, связана с тем, что мы верим, будто есть некие нейтральные воды, в которые мы можем войти и сказать: «Я в церковь не хожу, мне это совершенно не надо, я просто хочу быть хорошим человеком. Я детей учу хорошему, живу спокойно, не трогайте меня, я просто хочу, чтобы все было хорошо». Но так не бывает, потому что в духовном мире не существует нейтральных вод. Это нужно очень крепко понимать.

Ты можешь полностью отказаться от веры в Бога, от существования духовного мира и говорить, что тебе достаточно простого, объяснимого, обжитого светского мира, в котором все понятно. Но враг в отпуск не пошел. Евангелие нам говорит, что сатана хочет смерти человека. Он нашептывает, создает такие нелепые ситуации, когда трагедии случаются даже с ребенком.

Церковь в этом случае остается на строгих канонических позициях и запрещает отпевать ребенка-самоубийцу. Не потому, что считает, будто его душа попала в ад (этого никто не смеет утверждать, мы этого не знаем; мы знаем только, что Бог – Человеколюбец), а потому, что в светском мире такой поступок всегда романтизируется. И если еще к этой романтизации присоединить некий ритуал, в котором будет участвовать священник, Церковь, обнести это свечами, трагическими речами и проповедями, это создаст образ, который исказит представление других детей о том, что этот поступок не такой невинный.

Нет нейтральных вод. За таким человекоубийством на самом деле стоит работа демонов, хоть это звучит очень несовременно. Поэтому человек должен держаться Господа, должен однажды себе сказать, что нет никаких нейтральных вод. И в нейтральных водах тебя найдут. И ты, не имея возможности взывать о помощи, будучи совершенно открытым всем ветрам, окажешься в руках этих «пиратов», которые не знают жалости и милости.

Евангелие нам говорит, что сатана – лжец и человекоубийца; он хочет, чтобы не было ничего живого. Самое главное, чтобы не было человека. И нейтральных вод быть не может. Поэтому человеку нужно держаться Господа, держаться пречистой ризы Его двумя руками. Держаться помощи святых, держаться Священного Писания и по-человечески быть достаточно чутким, чтобы понимать, с кем имеешь дело.

В этой истории, которую описывает Шейнин, кроме всего прочего, налицо трудности понимания одного поколения другим. Недостаточно чутким оказался папа, который не понимал, чем живет его ребенок. А ребенок не понимал языка, на котором говорит его отец. И вот в эту трещину пробралась нечисть, которая довела ребенка до такой трагической ситуации.

Чуткость, доброта, молитва и верность Евангелию – это то, чего мы должны придерживаться в любом случае, отказавшись от той иллюзии, которая давно уже себя дискредитировала, будто есть в духовной жизни некие нейтральные воды.