Свет невечерний. Копеечка в Царствие Небесное

В нашем храме многие иконочки стоят на своих местах десятилетиями. Надеюсь, и впредь так будет. Потому что места в храме Божием, которые мы занимаем, помнят наши ножки, наши коленки, наши руки и, может быть, даже иногда наши слезки. Человек, который ходит в храм с большой любовью, неопустительно посещает службы, которые очень важны для каждого церковного человека, оставляет в своем храме (а посещать нужно именно свой храм, свою церковную семью) какой-то след.

След остается после каждого человека на вещах, предметах. Даже когда уходит человек, меняется все вокруг, но след его еще очень долго остается. Вот шкаф, где стоят книги, которые помнят пальцы его рук, помнят даже взгляд этого человека. Выветривается запах, переставляются предметы с места на место, но все равно след человека держится очень-очень долго. А в храме, я думаю, он вообще никогда не исчезает.

Приходя в храм рано утром, когда еще никого нет, я подхожу к любимым иконочкам и вспоминаю, что рядом вот с этим образом стояла баба Дуся. Она давно уже отошла ко Господу. А вот здесь Зиночка всегда сидела, дремала между службами. А вот тут Марийка трудилась, копошилась возле подсвечника. Эти труженицы остались, как ангелы, в доме Отца своего.

Возле образа «Спаса Нерукотворного», когда бы ты в храм ни пришел, всегда сидела или трудилась, чистила подсвечник баба Паша, которая впоследствии, уже на склоне лет, приняла схиму и стала схимонахиней Паисией. А все ее знали как маленькую Пашу. Это была совсем маленькая, худенькая старушечка, которая прожила длинную жизнь, ей было за 90 лет. Но она была шустрая, бодрая, боялась пропустить церковную службу, всегда стояла на своем посту напротив образа «Спаса Нерукотворного». Она никогда не говорила никаких поучений, слов, была молчаливой, скромной труженицей церковной.

Но я хорошо запомнил ее фразу, которую неоднократно от нее слышал: «Копеечка в Царство Небесное». Принесет человек какое-нибудь пожертвование на панихидный стол за своего усопшего родителя, например, апельсины или буханку хлеба, а Паша говорит: «Копеечка в Царство Небесное». Придет женщина, поможет протереть пол в храме или помыть окна, и Паша говорит: «Копеечка в Царство Небесное». Придет мужчина, поможет что-то перевезти, или поправит лестницу на колокольне, или поможет батюшке в алтаре, Паша говорит: «Копеечка в Царство Небесное».

Она была человеком очень простым, не блиставшим образованием. Она из другого поколения, когда люди очень рано начинали трудиться, им некогда было образование получать. Но они своей мыслью, своей надеждой и упованием были в Царствии Небесном. Они на самом деле всю жизнь строили свой дом в Царствии Небесном.

Например, человек отправляет стройматериалы на дачу, строит там домик и думает: «Вот этот шкаф я туда отвезу, и вот это кресло пускай тоже будет на даче». И туда все отправляет. Так вот, для Паши любой труд ради храма и ради людей, особенно бедных, был копеечкой в Царство Небесное.

Я вспоминаю эту фразу всякий раз, когда люди имеют большое желание помогать храму, но сталкиваются с классическим, хорошо известным искушением. Допустим, человек пришел в церковь помочь, привез, например, стройматериалы. Или его попросили помочь раздобыть трактор-погрузчик, и у него есть такая возможность, он все оплачивает или от фирмы передает. Привозит он машину леса и видит, что батюшка приезжает на такой дорогой машине, которую он себе, будучи богатым предпринимателем, не может позволить. И человек думает: «Вот я жертвую на храм, по первому звонку батюшки прибегаю, помогаю, а куда это все идет-то вообще? То есть я от себя забираю, от своей семьи, время свое трачу на строительство храма, а батюшка, судя по всему, ни в чем себе не отказывает».

А Паша говорила: «Копеечка в Царство Небесное». Можно бесконечно спорить о том, на что потратил деньги настоятель, епископ, митрополит. Может быть, они не очень умелые хозяйственники, а может быть, они где-то путают свое с чужим. Но это наша личная история помощи храму или помощи бедным семьям, больным детям.

Между нами и храмом, между нами и больными детьми всегда находится какой-то посредник. Например, очень часто выясняется, что благотворительная организация, которая занималась помощью бедным детям, в общем-то, не все передавала несчастным страдальцам, а что-то люди оставляли и себе и потом отдыхали где-то очень красиво или что-то себе даже купили.

Потому что люди есть люди, они немощны. Эта немощь ни в коем случае не оправдывает их проступки, и каждый ответит за свои дела сам. Но то, что мы трудимся ради храма, жертвуем чем-то ради храма, пусть даже это будет нерационально или, может быть, даже преступно использовано священником (или благотворителем, или руководителем благотворительной организации), для нас это все равно будет копеечкой в Царство Небесное.

Если уж взялся трудиться ради Господа, ради храма, взялся помогать бедным людям, участвовать в каком-то благотворительном проекте, нужно смотреть предельно далеко. И не думать о том, что все как-то нерационально используется. Хотя это правильно, так и нужно делать: стараться изо всех сил, чтобы все дошло по адресу, чтобы все было правильно. Но в конечном итоге Господь дает нам возможность, участвуя в благотворительности, в любом труде ради храма, ради больных людей, ради общества, ради страны, созидать домик в Царстве Небесном. Вот там должны быть наши мысли, там должны быть наши надежды.

А наказание Божие, какой-то разбор полетов давайте оставим Господу, Который сказал: Мне отмщение, Аз воздам. Это очень страшно, страшнее, чем любой суд человеческий, государственный или даже церковный. Все ответят, каждый за себя.

Но наш путь, который очень хорошо понимала старушка Паша, схимонахиня Паисия, – очень прост. Он проходит перед любящими очами нашего Отца Небесного, Который дает нам возможность созидать свой домик там, где у Господа обителей много. Он дает нам возможность передать копеечку в Царство Небесное.