Беседы с батюшкой. Евангельская совесть. Священник Александр Зайцев. 18 июня 2026

В петербургской студии нашего телеканала на вопросы телезрителей отвечает клирик петербургского подворья Валаамского монастыря священник Александр Зайцев. Тема беседы: «Евангельская совесть».

– Когда мы говорим о совести, то есть всякие варианты ее понимания. Совесть может быть человеческой, бывает совесть народа. Есть разные выражения о совести: «потерять совесть», «бессовестный человек», «совестливый человек». В нашем варианте сегодняшнего обсуждения мы говорим о евангельской совести. Размышляя о такой совести, мы понимаем, что ее можно каким-то образом узнать и, может быть, воспитывать в своей жизни. Скажите, пожалуйста, существует ли такое понятие: «евангельская совесть»?

– Безусловно, такое понятие существует. Надо сказать, что многие отцы Церкви именно в богословском аспекте разрабатывали понятие совести и серьезно работали над ним. Основание для богословского подхода к совести положил апостол Павел, у него насчитывается около 30 упоминаний этого понятия. Он заложил многие аспекты для дальнейшего исследования и понимания совести. Этому посвятили много времени Иоанн Златоуст, Феофан Затворник, Игнатий (Брянчанинов), более поздние наши русские богословы. Игнатий (Брянчанинов) характеризует совесть на основе известного опыта отцов как «способность души к различению добра и зла», то есть это понятие исключительно нравственное. Преподобный авва Дорофей трактовал совесть как «естественный закон, требующий от человека богоугодной жизни».

Мы воспринимаем совесть чаще всего как некое чувство, а не какой-то текст. К сожалению, чаще всего оно возникает тогда, когда мы уже поступили против совести, когда она начинает нас кусать, грызть и обличать. Интересно, что в Евангелии само слово «совесть» упоминается всего один раз. Но это очень хороший случай, который закладывает основы правильного понимания действия совести. Когда ко Господу Иисусу Христу фарисеи и книжники привели женщину, обличенную в блудодеянии, и, искушая Христа (в данном случае их сознание было нацелено на Христа, а блудница была только поводом, чтобы Его испытать еще раз), они спросили, что делать, как поступить с ней. Они думали: если Христос скажет простить, значит, Он нарушает закон. Если Он скажет поступить по закону – а по закону надо было камнями побивать, они могли бы обличить Его в жестокости. Христос же, рисуя на песке, сказал: Кто из вас без греха, первый брось на нее камень. Еще некоторое время Он чертил что-то на песке. Некоторые полагают, что Христос писал те грехи, которыми Он обличал людей, приведших эту блудницу. Но это всего лишь предположение.

Достаточно было одного слова Христова, чтобы возбудить в них совесть. Вот как в Евангелии впервые звучит это слово: будучи обличаемы совестью, они все ушли, Иисус поднял глаза и увидел только ее одну. Это очень интересный фрагмент. Вначале мы видим, что совесть у них была замутнена, их совесть была лукавой. Но под воздействием слова Иисуса Христа эта совесть стала обнажаться, очищаться, начала работать, и они все ушли, будучи обличаемы совестью. Это очень важный поучительный момент для нас: когда мы обращаемся ко Христу, когда мы становимся настоящими христианами, когда имеем ум Христов, только тогда наша совесть начинает действительно очищаться, возвращаться к своему первоначальному истоку и к чистоте. Конечно, этот случай уникален.

В Евангелии также есть еще такое упоминание в Нагорной проповеди, когда Господь говорит: Мирись с соперником твоим скорее, пока ты еще на пути с ним, чтобы соперник не отдал тебя судье, а судья не отдал бы тебя слуге, и не ввергли бы тебя в темницу. Многие наши отцы трактовали этого соперника как совесть: то есть мирись с совестью своей. В данном случае совесть названа соперником. Действительно, иногда так бывает, что наша совесть становится нашим соперником, когда мы с ней живем не в мире, когда мы не готовы слушать этот внутренний голос, который часто трактуется как голос Божий в нас.

Но здесь есть определенная проблема некой антиномии. Федор Михайлович Достоевский говорил, что совесть – это присутствие Божие в нашей душе. Но мы видим, что очень часто совесть бывает лукавой. Поэтому говорить, что совесть – это прямой голос Божий, мы не можем. Святитель Василий в литургической молитве написал такие слова: «Избави нас от совести лукавой». В этом и заключается противоречие. С одной стороны, совесть есть. С другой стороны, человек может обмануть ее, она очень легко может пасть.

Конечно, совесть повреждена от грехопадения. Мы имеем некое поврежденное состояние совести. В своем первоначальном зерне она действительно является Божественным началом. Это тот самый образ Божий, который в нас есть. Но в то же время задано и подобие. То есть мы должны совесть уподоблять уму Божьему по принципу «образ и подобие»: образ дан, подобие задано. Совесть дана, а нам задано ее совершенствовать, обрамлять. На крещении поется: «Елицы во Христа крестистеся, во Христа облекостеся…» Мы должны облечь совесть во Христа, чтобы она стала действительно евангельской, христианской.

– Вопрос от телезрительницы: «Мы живем в миру. Конечно, информация бывает разной… Как присутствует в слове «совесть» нечистая сила?»

– То, что на совесть человека нечистая сила (злая, темная, демоническая) имеет свое воздействие, – несомненно. Но я не думаю, что в первую очередь надо смотреть в какую-то сторону. Святые отцы, Сам Господь и сама Церковь учат нас смотреть в первую очередь внутрь себя, всматриваться как раз в эту совесть, чтобы она очищалась. Преподобный Марк Подвижник говорит: «Добрая совесть приобретается молитвой». Понимаете, как это важно? Когда человек молится, его совесть очищается. И это понятно: когда он молится, он обращается к Богу – к источнику этой совести.

Нашу совесть можно сравнить с неким внутренним ребенком, который рожден в нас Богом в чистоте и в потенциях дальнейшего развития. Мы растим этого ребенка, кормим, питаем, одеваем, воспитываем, образовываем. Так получается продукт нашей совести. Каким он может быть? Он может быть прекрасным внутренним человеком, а может вырасти в урода или какую-то очень неприятную личность, если мы будем делать это плохо. В этом вся антиномия совести. Да, изначально это Божье начало в нас, но очень многое зависит от того, как мы свою совесть воспитаем, каким учением, какой информацией, какими правильными вещами мы ее напитаем.

Апостол Павел употребляет несколько характеристик для совести. Он говорит и о доброй совести в положительном аспекте, о чистой совести. Сам он исповедует это. На суде Синедриона он говорит, что всегда поступал по совести. Но он говорит и о других вариантах совести: сожженная, порочная, оскверненная и даже немощная.

То, что касается немощной совести, может быть, относится к вопросу, который задала нам телезрительница. Немощная совесть не является какой-то слишком порочной, она просто немного неправильно ставит нравственные ориентиры. Как может проявляться немощная совесть в духовной жизни? Допустим, человек недостаточно усердно подготовился к причастию, что-то прочитал формально или не прочитал, и совесть его обличает. Он причастился, но подходит к батюшке и говорит: «Я не успел молитвы прочитать ко Причащению, я теперь их прочитаю». Вот она – немощная совесть. Она идет против логики: зачем ты будешь читать молитвы ко Причастию, когда уже причастился? Тебе нужно благодарить Господа, а не опять просить о Причастии, которое уже свершилось.

Немощную совесть можно назвать мнительной: человек исповедовался, походил-походил и опять идет на исповедь. Может быть ложная совесть: человек причастился, а потом думает: «Нет, я недостойно причастился». Начинает себя угрызать. Ты радуйся: Господь посетил тебя, поблагодари Его от души, и к тебе придет благодать. А ты сам себя от этой благодати отсекаешь с каким-то сомнением: «Я недостойно причастился, ведь я мало каялся, мало молился». Это варианты немощной совести, которым тоже нужно уделить внимание, с этим надо бороться.

– Вопрос от телезрительницы: «Если человек всю жизнь живет по совести, творит добрые дела, но не воцерковился, не ходит в церковь, не исповедуется, не причащается, то как будет судить его Господь и спасется ли такой человек? И второй вопрос: смирение и покорность – это не одно и то же? Наверное, они чем-то отличаются?»

– Сейчас фактически любой человек имеет доступ к Священному Писанию, к Откровению, и вряд ли может сказать: «Я не знал Христа». Но когда еще христианское учение не было распространено столь широко, как сейчас, апостол Павел говорил, что христиане будут судимы по христианскому закону, а язычники, которые не успели познать Христа, будут судимы по закону совести.

И мы опять возвращаемся к совести. Но на сегодняшний день это уже сомнительно, если человек сознательно не приобщился к Спасителю и спасению. Сын Божий воплотился, родился на земле специально ради всех нас и каждого в отдельности, а мы остались равнодушны к этому. Нам говорили: «Почитайте Евангелие», – а мы не прочитали. Или, открыв его и проследив несколько строк, сказали: «Ой, это очень сложно. Я не понимаю». Хотя там все очень просто написано, если вникнуть. На самом деле Евангелие написано просто, но иногда именно эта простота и не входит в сердце человека, потому что он сам не совсем прост, его совесть слишком запутанная – и туда ничего не проникает.

Конечно, и сегодня есть очень хорошие люди, но не приобщенные к Церкви, ко Христу, даже крещеные, но не просвещенные. Их очень жалко, мы относимся к ним с большим сочувствием, безусловно. Мы всегда призываем их к познанию Господа Иисуса Христа, Спасителя нашего, потому что только через Него спасается человеческая душа. Он ради этого пострадал, ради этого на крест пошел, ради этого воскрес, на Небо вознесся, прославив человеческую природу, присоединив ее к тайне Святой Троицы. А мы равнодушны. Как же так? Это можно сравнить только с тем, что, допустим, мы живем в своей семье и не почитаем ни отца, ни мать, ни братьев, ни сестер, не любим их, совершенно к ним равнодушны, не оказываем им никакого милосердия. Мы же должны ответить Господу, ведь Он столько для нас сделал и ждет от нас отклика, а его нет. Конечно, это очень печально.

Мы призываем всех: «Читайте Евангелие! Воспитывайте свою евангельскую христианскую совесть». Стоит только сделать первый шаг к этому очищению, и тогда много чего откроется.

Второй вопрос немного не по теме. Покорность и смирение – это не синонимы. Хотя покорность иногда воспринимается в положительном аспекте. Смирение, которому учит нас Христос, – это исключительно внутреннее понятие, это основной инструмент против главного нашего врага – гордыни. Когда мы поймем, что смирению противостоит гордыня, враг рода человеческого, то мы поймем и ценность смирения. Смирение – это не слабость, смирение – это могучая сила, как сказал Федор Михайлович Достоевский устами князя Мышкина. Для многих это звучит парадоксально, но это истина.

Так и есть: смирение – это великая сила, через смирение и кротость мы боремся с эгоизмом и самолюбием, стяжаем в своем сердце благодать любви Божьей. Эта любовь все наполняет; все движется любовью. Она не придет в сердце гордое, замкнутое в какой-то коросте эгоизма. Она придет только в сердце чуткое, которое сокрушилось. Во многом смирение – это сердечное сокрушение. Так что не надо бояться этих прекрасных качеств, которые Христос нам заповедовал в заповедях. В Евангелии о смирении и кротости сказано достаточно много. Читайте Евангелие.

– Зачастую совестью мы подменяем молитву. Мы используем совесть как главное мерило человеческих отношений. Мне кажется, что мы очень часто подменяем понятием «совесть» какие-то моральные поиски, в том числе поиски Бога в своей жизни. Я ошибаюсь?

– Честно говоря, такую подмену я не вижу. Но бывает такая подмена, что человек ссылается на совесть, но не видит, что она у него замутнена, что она лукава. Мы сейчас живем в такое время, когда люди теряют последний стыд, не то что совесть. Например, ЛГБТ-парады – это же люди, совершенно потерявшие всякую совесть. Они уже настолько отошли от Христа, что у них все «отморожено». Посмотрите на всю западную политическую верхушку – это люди, у которых явно с совестью что-то не то, мягко выражаясь. Причем парадокс в том, что они готовы апеллировать к этой совести, они готовы кого-то нравственно обличать.

Приведу простой пример. На днях сообщалась такая новость: в западный магазин мехов нагрянула группа людей, которые выступают против убийства животных. Они считают, что поступают по совести. Но это ложная совесть. Я, конечно, не защищаю богатых людей, которые тратят огромные деньги на эти меха. Но Господь нам заповедовал использовать животных и в пищу, и одеваться в их шкуры. Кстати, первые люди, Адам и Ева, носили шкуры жертвенных животных. Наверное, современные защитники со своей «совестью» набросились бы на них. Скоро начнут защищать кур и свиней.

Эта ложная совесть часто портит отношения, даже в семье. Вроде бы ты обличаешь по совести, а надо было по любви, и совесть у тебя немного не та – нечистая. И тут, к сожалению, начинаются проблемы в отношениях именно из-за того, что человек слишком ригористично отстаивает те понятия, которые, ему кажется, заключены в совести.

– Вопрос от телезрителя: «Скажите, пожалуйста, чем совесть отличается от нравственности? Ведь это похожие понятия, это совокупности каких-то установок, которые человек приобрел или ему внушили. И еще слышал в проповедях отца Димитрия Смирнова такое словосочетание: «совесть с ложными установками».

– О ложных установках мы уже говорили. Все парадоксы, связанные с совестью, – в ложном обрамлении: вроде бы она есть, но может настолько измениться в человеке, что уже трудно ее услышать. Это можно сравнить с тем, как луч света пробивается сквозь толщу воды. Если эта вода чиста, то свет пройдет и достигнет дна. А если вода мутная, то этот свет рассредоточится, и где-то там, внизу, тьма останется тьмой.

Первый Ваш вопрос был о нравственности и совести. Это действительно понятия очень близкие, параллельные. Чем отличается совесть от нравственности? Совесть – это все-таки прирожденное качество, которое помогает нам разбираться в нравственных понятиях, например в добре и зле. Это дар Божий, с которым мы иногда плохо обращаемся. Об этом говорят три основные функции совести: законодательная (как некий внутренний закон), функция судьи (совесть нас судит), функция воздаяния, когда человек поступил по совести и получил радость, удовлетворение, поступил против совести – она его обличает.

Эти три функции совести – закон, судья, воздаятель – относятся и к Богу. Значит, действительно совесть имеет Божественный исток. Но, к сожалению, иногда мы можем ее сильно запутать вплоть до того, что вообще перестать слышать ее голос. Один мой хороший знакомый, замечательный священник Евгений Горячев, академист, преподает в академии, о совести интересно сказал такие слова: «Кто-то воспринимает молчание совести как знак согласия и поступает якобы по совести». На самом деле она молчит, не означая, что молчание – знак согласия.

Если совесть – более субъективное, внутреннее понятие, то нравственность достаточно объективна. Допустим, существует нравственное богословское учение какого-то философа или отца. Есть целый раздел – «Нравственное богословие». Естественно, эти понятия связаны. Совесть говорит о нравственности. При правильной постановке, при ее очищении, при том, что мы ее правильно воспитаем, напитаем ее правильными вещами, заповедями Божьими, она породит эту нравственность, которая так необходима для жизни человека на земле. Она необходима и как свой собственный нравственный закон, и как объективная нравственность, которая дает учение. Христианское евангельское учение высоконравственно.

– Да, но при этом если нравственность в обществе воспитана таким образом, что это безнравственные законы, то получается, можно так же и совесть в людях воспитать? Или это зависит от совести и нравственность может влиять на совесть?

– А здесь взаимное влияние. Например, лет 50–100 назад совесть обличала сожительство: это неправильно. Теперь сожительство считается нормой, даже в нашей христианской России. Вот как нравственные, моральные установки влияют на саму совесть. Совесть начинает глохнуть и слепнуть: раз все так делают, то и мне так можно. Вообще совесть – это очень тонкий аппарат, над ней нужно постоянно работать. Поэтому отцы говорят, что молитва, трезвение очищают совесть.

Преподобный Филофей Синайский говорил, что «трезвение до блистания очищает совесть». Духовное трезвение – замечательная добродетель, когда человек внимательно относится к своим поступкам и мыслям, когда он четко придерживается всех необходимых, предложенных Господом заповедей. Это трезвение естественно обнажает совесть, как замечательно и красиво сказал преподобный, «до блистания».

Апостол Павел, первый исследователь совести в богословских понятиях, будучи Савлом, сам преследовал христиан и считал, что поступает по совести, до тех пор, пока сама совесть, истина и правда – Христос не явился ему и не сказал просто: «Савл, что ты гонишь Меня?» И он ослеп для того, чтобы прозреть совершенно другим человеком. Павел, тогда еще Савл, удостоился такого явления Господа Иисуса Христа именно потому, что он был искренен, он не лгал себе, он действительно поступал как бы по совести. Но совесть его была испорчена неправильными представлениями. А ориентир для нас всегда – Евангелие, христианское учение, предание Церкви, святые отцы.

– У меня возник совершенно неожиданный вопрос: дети обладают совестью?

– Да, конечно, мы же говорили, что она дана изначально человеку. Пока дети чисты, как Федор Михайлович говорил, «пока яблоко не съели» – лет до семи, у них совесть бывает очень живой, трепетной. Вспоминаю себя ребенком, когда в первом классе я получил в тетрадку двойку, мне было совестно. Но я поступал неправильно: я прятал эту двойку и не показывал родителям очень долго. Мучения были очень серьезные. Дети мучаются гораздо сильнее взрослых, и, кстати, в воспитательном плане мы не должны об этом забывать. В этом отношении к детям надо быть очень внимательным и чутким. Бывает, они сильно страдают, но не показывают этого.

– То есть стыд тоже может быть проявлением совести?

– Да. Если мы вспомним Андрея Тарковского, фильмы которого, кстати, можно поместить на одну полочку под названием «Человеческая совесть», то он сам был таковым человеком. Все его фильмы о совести. Одна уборщица пришла на обсуждение после просмотра «Зеркала», чтобы выгнать всех засидевшихся, которые спорили, о чем фильм, и говорит: «Что вы спорите? Человека совесть заела – вот и все!» И Тарковский с ней согласился, ведь действительно фильм «Зеркало» о совести. А в конце фильма «Солярий» прозвучали такие слова: «Стыд – вот что спасет человечество!»

– «Человеку нужен человек».

– Да, «человеку нужен человек» – совершенно верно.

– Еще один серьезнейший аспект. Мы говорили о детях. А пожилые люди тоже сталкиваются с такой проблемой, когда они брошены и дети не заботятся о своих совсем старых родных, если те, скажем, находятся в деменции. Здесь возникают разные представления о христианской совести сына или дочери по отношению к своим родителям. Но бывает так, что когда пожилой человек в маразме и совсем тяжело, мы совесть как бы подстраиваем под обстоятельства, оправдывающие нас. Получается, в этом случае мы отказываем себе в совести по отношению к человеку, которому мы не готовы помочь.

– Вы вспомнили очень критичный пример. Действительно, есть немощь родителей, когда порой они теряют разум, наступает деменция. Я разговаривал с одной женщиной, которая сказала: «Я смотрю: это не мама». Я начинаю ее уговаривать: «Вы поймите, что душа у нее живая. Она просто ушла в глубину. Связи между душой и телом к старости, особенно в определенных болезнях (как рассеянный склероз) разрываются, но с душой все нормально. Не пугайтесь, что ваш близкий человек стал не таким, каким вам бы хотелось его видеть.

Несколько лет назад одним из победителей Каннского фестиваля стал фильм под названием «Любовь», в котором мужчина не смирился с деменцией своей жены и придушил ее подушкой, – это было преподано как добродетель. Это же страшная вещь. Представьте весь ужас ситуации. Вот современное извращение совести. Близкий человек сильно страдает, возможно, он уже лежачий, за ним нужен уход, и это, может быть, неприятно, но тут надо, конечно, за собой следить. Потому что ложная, дурная совесть испорчена. Она может сказать: «Ничего страшного. Нормально. Мы увезем его туда-то, там хороший уход». Здесь легко впасть в самообман. Поэтому нам нужны заповеди Божьи, чтобы мы на них ориентировались. Заповедь говорит: Чти отца твоего и матерь твою, да благо ти будет и да долголетен будеши на земли.

– Получается, когда мы говорим о евангельской совести, то здесь прежде всего мы говорим о совести, которую может воспитать только Благая Весть. А если мы не живем по заповедям, то наша совесть может стать ложной?

– Она может пасть. Она может извратиться. Причем это может очень легко случиться. И мы видим в исторической ситуации, как это быстро происходит.

А закончить можно замечательными словами апостола Павла по поводу евангельской, спасительной совести: «Кровь Христа, который Духом Святым принес Себя непорочного Богу, очистит совесть нашу от мертвых дел для служения Богу, живому и истинному».

– Аминь.

– Вот такие замечательные слова. Совесть – это же «со вестью». Совесть можно трактовать как соведение, сознание, некое сообщение. Феофан Затворник назвал совесть «практическим сознанием». Интересно, что почти во всех индоевропейских языках этот смысл совести присутствует. Ведение лежит в основе нашей совести. Откуда мы это ведание берем? В первую очередь из слова Божия, из Евангелия, от Самого Господа Иисуса Христа, Который есть воплощенная совесть. Христос – это не только истина, но и совесть. Если вы образ Христа себе возьмете, в свое сердце навсегда Его посеете, то ваша совесть вас никогда не подведет.

– Благословите наших телезрителей.

– Пусть Господь всех благословит и научит нас правильно обращаться со своей    совестью – ее очищать и воспитывать.

Ведущий Глеб Ильинский