Беседы с батюшкой. Иеромонах Макарий (Маркиш). 12 апреля 2026

Сегодня у нас в гостях руководитель Епархиального отдела по взаимодействию Церкви с обществом и СМИ, клирик Иваново-Вознесенской епархии иеромонах Макарий (Маркиш).

– Вопрос телезрителя: «Нужно ли подавать милостыню людям, которые просят именно денег? Подавал хлеб, а в ответ говорят: ”Мне бы денежку”. Как быть?»

– Когда-то давно в Санкт-Петербурге я видел человека, который собирал «милостыню», а на его табличке была надпись: «Мелких не опускать». В таких ситуациях необходимо задумываться и вспоминать наставления святых отцов.

Святитель Василий Великий говорит: «Кто дает угнетенному бедностью, тот дает Господу и от Него получит награду; а кто ссужает всякого мимоходящего, тот бросает псу, который докучает своею безотвязностью, но не возбуждает жалости своей нищетою». Любители собак скажут, что это несправедливо по отношению к собакам. Но из песни слов не выкинешь. В то время к собакам действительно было негативное отношение.

Почему существовала такая несправедливость по отношению к собакам? Есть две причины этого. Первая заключается в том, что собаки – это семейство хищников. Они гоняются за жертвой, и для них не так важно, какой запах исходит от них, – они ловят и пожирают свою жертву.

Отряд кошачьих сидит в засаде. Если кошка будет нечистоплотной, она никогда не поймает ни одной мыши, потому что мышь учует ее и убежит от нее. Кошки очень чистоплотные, а собаки менее, это их природа. Людям это не нравится.

Вторая причина менее привлекательна. В древних городах из-за отсутствия канализации нечистоты выливали на улицу, а бродячие собаки их ели.

– Батюшка, в Дидахе (Учении двенадцати апостолов) есть такая фраза: «Пусть запотеет милостыня твоя в руках твоих». О чем эта фраза?

– Держи и не выпускай эту монету. Думай, кому ты даешь милостыню. На эти общие, нравственно-богословские рассуждения накладываются социальные условия. На сегодняшний день в цивилизованных странах, к которым относится и наша Родина, существует огромная сеть заботы о людях, которые попали в трудное положение. Я уже не говорю об МЧС или о каких-то благотворительных организациях. Таким людям всегда будет оказана какая-то помощь.

Не все любят получать эту помощь. Например, людям в состоянии опьянения она не предоставляется. Не все готовы с этим мириться. Недавно со мной произошел случай. В городе Иваново, где я живу, есть бульвар. Там стоял человек приличного вида, не алкоголик. Он просил помощи. Я сказал ему о маршруте до организации, которая оказывает помощь. Там ему могли бы помочь и оформить документы. Я по-человечески рассказал ему об этом. Он поблагодарил меня и пошел в противоположную сторону.

– Потому что его устраивает такой образ жизни?

– Наверное, потому, что в городе много людей, и всегда кто-то подаст ему что-нибудь.

Также у этого вопроса есть и другая сторона. Сбор финансов вызывает большой интерес у организованной преступности. Бандиты обеспечивают им покровительство. Силы Министерства внутренних дел крайне недофинансированы и испытывают дефицит кадров. Это один из наших недостатков. Мы надеемся, что это будет исправлено после окончания военных действий. У полиции не хватает сил и энергии, чтобы обо всем заботиться.

Когда я был за рубежом, со мной произошел случай. Я ехал на машине через маленький городок, скорее деревню. Мне нужно было остановиться, посмотреть и записать, сколько я потратил бензина. Ко мне сразу подъехала полиция и спросила: «Почему Вы тут остановились? Что у Вас произошло?» Я ответил, что у меня все в порядке, показал им свое удостоверение, и они уехали.

Там полиции нечего делать. Они тоскуют от безделья. Если они увидели, или им позвонили и сказали, что где-то остановился автомобиль, они едут и проверяют. А что у нас? Женщина, которая видела, как закладывают наркотические средства, пошла жаловаться в полицию. Ей сказали: «Идите в наркотический отдел». В этом отделе работали двое полицейских на большой район областного центра, но одна сотрудница ушла в декрет. Женщина, которая пришла жаловаться, взглянула на полицейского и сказала: «Извините, я не буду Вас беспокоить».

У нас такая практика. Представителям гражданского общества нужно заботиться о том, чтобы наша полиция обрела обеспеченность.

– И кадры.

– Откуда будут кадры, если полицейскому платят меньше, чем юной девушке за кассой в супермаркете? Если полицейский понимает, что он получает достойную заработную плату и это его карьера, – тогда другое дело.

– То же самое можно сказать о пожарных и спасателях.

– Пожарные более мобилизованы, чем полиция. Не знаю. Врать не буду.

– Батюшка, можно ли простить человека, который предал, но не общаться с ним?

– Это очень глубокий вопрос. Был такой эпизод на исповеди.  Случился семейный конфликт. На исповеди мужчина рассказал мне о другом человеке, который кое-что делал с его женой. Он сказал мне: «Нет, я не прощу его, я его убью». Я тяжело вздохнул и спросил его:

– А жена будет ждать Вас?

– Зачем ждать?

– Вас посадят лет на десять.

– Да? А я даже не подумал об этом.

Вот так он собирался кого-то убивать.

Нужно думать о том, что стоит за словом «прощаю». Для людей слово «прощаю» часто означает: «отказываюсь от враждебных действий». Но не всегда речь идет о враждебных действиях. Есть прекрасный эпизод в воспоминаниях одного из архиереев. Ехала машина этого архиерея, а за рулем сидел священник. Полиция остановила его. Некоторые священники любят ездить с превышением скорости. Я не люблю, потому что моя машина не ездит с такой скоростью. Когда его остановили, он сказал дежурную фразу: «Мы же вам отпускаем грехи, и вы нас простите, штраф не выписывайте». На что полицейский сказал тихо и мирно: «Прощаете не вы, а Бог, а штрафуем не мы, а закон».

На практике случается так, что женщина становится жертвой развода. Сами понимаете, что происходит с браками. Женщина говорит: «Я пошла за алиментами, а мне сказали, что я должна его простить». Я ответил: «Прощайте его, а алиментов добивайтесь. Это закон, а не Ваше личное желание. Закон требует, чтобы Вы добились полной выплаты средств, которые требуются».

Прощайте человека в той мере, в какой это прощение даровано Вам, а не закону. Общаться или не общаться с этим человеком – это Ваша свободная воля. Хотите – общайтесь, не хотите – не общайтесь. Никто Вас не принуждает. Живите спокойно и радостно.

– Из ситуации с сотрудником Госавтоинспекции вспомнилась евангельская фраза: «Кесарево кесарю, а Божие Богу».

– Примерно так. Под кесарем мы понимаем гражданскую и государственную власть, требующую, чтобы полиция, служба опеки, прокурор выполняли свои задачи и чтобы эта бедная мама, оставшаяся без денег, участвовала в этом процессе.

– Батюшка, должна ли быть какая-то специальная подготовка к соборованию?

– Вопрос тонкий, поскольку общее соборование вошло в нашу практику сравнительно недавно и достаточно уверенно. Не все этим довольны. Некоторые священники пожимают плечами и говорят: «Что это такое? Они не больные, почему их надо соборовать?»

Каждый пользователь на сайте Патриархии может найти официальный документ, где есть формулировки, касающиеся таинства Соборования, принятые Архиерейским Собором. В нем говорится о том, что соборование в XXI веке бывает двух видов. Одно соборование – это совершение таинства над больным человеком по причине его болезни (один раз за болезнь). Если я болею, например, стенокардией, которая может длиться довольно долго, я принимаю соборование один раз до тех пор, пока жив или пока меня не вылечат.

Другой вид соборования называется «общее соборование» и совершается над всеми независимо от состояния здоровья (с учетом того, что заболеть может каждый), но не чаще одного раза в год. Обычно это происходит во время Великого поста.

На исповеди мы совершаем таинство Покаяния, чтобы подготовить человека к таинству Соборования. Восприятие этого как готовности к другому таинству индивидуально. Одни приходят на исповедь перед соборованием, другие – нет. Когда на общее соборование собирается пятьдесят человек, невозможно подойти к каждому и спросить: «А Вы исповедовались?» Поэтому ответственность за подготовку лежит на совести каждого человека, который принимает таинство.

Тут требуется внимание к богословию, сакраментологии. В православном учении о таинствах есть понятия действенности и действительности таинства. На русском языке они звучат почти одинаково.

Действительность таинства – это его объективная сторона. Она включает в себя: православного священника или архиерея, храм и само таинство. Также это определение Синода или Архиерейского совещания о том, что такие общие Соборы можно и нужно проводить. Вот это и есть действительность таинства. Действенность таинства – это его субъективная сторона.

Примерно то же самое можно сказать и о Евхаристии. Люди задают вопрос: «Батюшка, Вы причащаете людей. В большом кафедральном соборе стоит сто человек. Вы знаете их всех?» Таинство Евхаристии действительно. А будет ли оно действенно по отношению к тому или иному человеку, зависит от человека.

Иногда говорят: «Недостойно принял таинство». Приведу простой пример. Я беру лжицей частицу Святых Даров и подношу ее к устам причастника. Если он не тот, кто нужно, то он принимает лишь капельку вина и кусочек хлеба. И больше ничего. Это результат недейственности таинства.

– Вы имеете в виду, что он принимает Тело и Кровь, но на него это никак не действует?

– Я даю ему Тело и Кровь, а он принимает хлеб и вино. Это все условно, потому что у нас нет материальных критериев, чтобы сказать, что это таинство, а это не таинство.

Меня спрашивали: «А если это сатанист, который хочет надругаться над таинством? Как Вы можете быть уверены, что он не будет устраивать тайных черных месс над дарами, которые Вы даете?» Я говорю: «Я знаю, что если он сатанист, он получил кусочек хлеба и капельку вина». Моя совесть будет чиста. Церковь будет ни при чем.

Если человек пришел в первый раз и думает: «Сейчас мне тут что-нибудь дадут», – помоги ему Бог. Может оказаться так, что он первый раз примет таинство Соборования и Елеосвящения, а потом пройдет год, он войдет в режим христианской Церкви.

Таинства Евхаристии и Соборования несопоставимы по своей значимости. К таинству Соборования могут быть менее жесткие нравственные или богословские требования.

– Как называется этот документ и где его можно найти?

– Откройте сайт Патриархии и в поиске наберите: «Таинство Елеосвящения» или «Таинство Соборования». Появится несколько ссылок, одна из них будет на официальные документы Русской Церкви.

– Вопрос телезрителя: «Когда я прихожу в храм, исповедуюсь и причащаюсь, мне становится легче. Но когда прихожу домой, сама себя не могу простить, сокрушаюсь. Как быть?»

– На ближайшей исповеди раскройте перед священником печальную новость о том, что не можете простить сами себя. Скажите: «Батюшка, что мне делать? Я пытаюсь сама себя простить, но у меня ничего не получается». Священник Вам подскажет.

Дорогая моя, прощает Бог. Саму себя простить – это как барон Мюнхгаузен, вытаскивающий себя за волосы из болота.  Такая же нелепица.

Если мы что-то сделали не так, то приходим ко Христу с просьбой о помощи, прощении. Если бы дело было только в том, чтобы простить себя, то зачем бы были нужны Церковь и Сам Христос? Барон Мюнхгаузен сам себя вытащил. Это юмор, но с очень четким смыслом. «Сам себя простил» – это нелепица.

Возможно, у Вас такое психологическое состояние, как печаль или грусть. Священник подскажет Вам, что нужно сделать. Может быть, нужно у кого-то попросить прощения, изменить образ жизни или молитвы.

– Вопрос телезрителя: «Допустимо ли во время литургии читать записки с именами о здравии живых и упокоении усопших, а также молиться иконам Пресвятой Богородицы и Иоанна Воина? Или же Божественная литургия – это самое главное, на чем следует акцентировать внимание?»

– Действительно, Божественная литургия – это самое главное. Кто и что делает во время Божественной литургии? Начать можно с того, что мы не молимся иконам. Икона – это доска и краски, а в наше время – полиграфический продукт. Мы молимся святым.

Во время литургии мы читаем и поем тропари и кондаки святым. Записки с именами живых и умерших подаются время от времени, в зависимости от местных условий. На сугубой ектении или на ектении об усопших диакон может читать длинные синодики – списки умерших и живых, о ком просили молиться.

Бывает, что если на соборную службу записки не успели прочитать или их только-только принесли, старший священник или архиерей попросит кого-то из священников: «Батюшка, пожалуйста, помолись, извлеки частицы, потому что принесли новые записки». Это наше общее дело при совершении литургии.

В целом литургия требует участия молящихся. Литургия – общее дело. Если диакону или священнику требуется выполнять какую-то задачу, это ни в коем случае не означает, что так же должны молиться все остальные, кто находится в храме.

Хор поет красиво, громко, но евхаристические молитвы не слышны (или люди могут не знать их), потому есть молитвословы, а в наше время и сотовые телефоны, есть сайты, где подряд весь ход литургии изложен. Читайте, следите, пойте, молитесь, все будет в порядке. 

– Иногда человеку хочется читать священнические молитвы, которые он видит, например, наблюдая за службой в телефоне или в том же самом Последовании, которое в храмах продается. Некоторые говорят, что нельзя читать эти священнические молитвы.

– Я не знаю таких людей, которые говорят, что их нельзя читать. Если они в Интернете выкладываются или транслируются (я видел службу, на которой Святейший Патриарх Кирилл эти же самые молитвы читал в полный голос), тогда почему нельзя их читать? Когда мне приходится служить с архиереем, эти молитвы читаются в голос. Они называются священническими, потому что их читает священник, но вообще-то это молитвы общие (смотрите по их содержанию).

Есть такая молитва перед великим входом, когда священник молится о себе. Но в основном анафора, начиная с Символа веры, – это молитва общая. И единственное, из-за чего их не слышно, – из-за пения хора. Но я же не могу сказать: помолчите, я сейчас буду молиться, чтобы все слышали... Читайте текст по тому источнику, который у вас есть.

– Правильно ли я понимаю, что священник (или архиерей, или патриарх), когда совершает Божественную литургию, читает молитвы от лица всех участников богослужения, всех прихожан?

– По крайней мере, касающиеся всех прихожан. «Нас же всех, от единого Хлеба и Чаши причащающихся, соедини друг ко другу во единого Духа Причастие» – можно по-разному это трактовать. Важно, что эти молитвы касаются всех, относятся ко всем. И предстоятель свою функцию выполняет, но ничего тайного и секретного тут нет и быть не может. Это принципиально важно.

Тайные молитвы относятся к таинству, поэтому мы их и называем тайными. В некоторых других случаях, например в таинстве Крещения, есть момент, когда священник молится о себе: «Да не моих ради грехов возбраниши святому таинству (крещению младенца)». В этом случае я молюсь о себе, прошу прощения за свои ошибки (реальные или возможные). Да, это молитва о самом себе. Ее можно читать по-разному: тихонько или несколько громче, чтобы люди слышали, что я прошу прощения у Господа. Но она явно относится ко мне самому.

А молитвы на литургии все-таки относятся к литургии как таковой, хотя там есть такие моменты, когда священник от своего имени просит Господа содействовать этому великому таинству Евхаристии. Но все равно это общее дело. 

Обратите внимание, что все-таки исторически было немного по-другому. Было время, когда чужих людей вообще не пускали в храм. «Двери, двери, премудростию вонмем!» Перед Символом веры все посторонние люди должны были выйти вон, в том числе и оглашаемые – те, кто готовится ко причащению.

Евхаристия была таинством, строго ограниченным участием верующих людей. Мало того, в Древней Церкви сам факт преложения Святых Даров считался тайным учением дисциплины Аркана. Не должно было это распространяться первые три века среди окружающих, чтобы они не написали донос императору о том, что там занимаются неизвестно чем.

Но все с тех пор переменилось. И с тех пор мы читаем миссионерскую концепцию Русской Православной Церкви, что литургия служит средством миссии, то есть выхода Церкви в окружающий мир. Совершенно посторонние люди могут приходить в храм и молиться, что-то слушать или смотреть. И их присутствие в храме служит средством их приближения к Церкви.

Миссия меняется. Сама Церковь не меняется, Иисус Христос вчера и сегодня и во веки Тот же (Евр. 13, 8). Евхаристия всегда одна и та же. Но наше вовлечение и вовлеченность окружающего мира в церковные таинства меняются с изменением социальных условий жизни, восприятия людьми того, что происходит. 

Говорят, что задача миссионера – это задача каждого. Каждый человек должен быть миссионером. Миссия бывает внешняя (во Вьетнам ехать), а бывает внутренняя: обращение к людям, которые уже приняли крещение и в то же время нуждаются в актуализации их веры.

Друзья мои, я выхожу из алтаря с Чашей – и уже начинается миссия. Потому что кто-то смотрит, слушает, молится. Пока я в алтаре стою, причащаясь с дьяконами, – это все-таки еще не миссия. Потому что врата и завеса закрыты, и это все локальное, интимное. Завеса отдернута, врата раскрыты, священник выходит с Чашей – миссия началась.

– Человека беспокоит такая проблема: «Что делать, если не получается не есть продукты животного происхождения в пост? Я работаю в другом городе, каждый день езжу 4 часа на работу. Переживаю из-за этого, но хочется поститься».

– Вопрос надо решать индивидуально. Кто знает, какое сейчас происхождение у продуктов… Возьмите этикетку любого продукта, кроме самых простых, и будет молочная кислота, еще что-то, и люди начинают переживать из-за всякой ерунды. Я бы сказал телезрителю: подойдите к своему священнику (у нас был как-то на передаче вопрос о духовном руководстве), пусть батюшка подскажет Вам, как устроить пост.

Из своего опыта скажу. В прошлом году начался Великий пост, стоит человек на исповеди, молодой парень, крепкий: «Батюшка, я не могу без кефира, у меня начинаются неприятности с желудком». – «Выше себя не прыгнешь; значит, пейте кефир. Господь вам поможет». Следующий подходит: «Батюшка, а я вообще ничего не ел целую неделю и три дня ничего не пил». А это, в общем-то, монашеская практика. Но человек крепкий, видно. Я говорю: «Как самочувствие?» – «Нормально все». – «Продолжайте, только рассказывать никому об этом не надо. А дальше поститесь, как можете». Все прекрасно.

– Каждому по силам должно быть.

– По силам, способностям, по состоянию здоровья, физическому состоянию, по условиям жизни. Тот, который ничего не ел целую неделю, наверное, не разгружает вагоны и не добирается четыре часа на работу.

– Следующий вопрос: «Что делать, если с родителями не удается выстроить нормальные отношения? Постоянные ссоры и пререкания».

– Когда такой вопрос задается, сразу контрвопрос: «Сколько Вам лет?»

– Уже взрослый человек.

– Если постоянные ссоры, то кто ссорится? Они ссорятся с Вами? К ним снисхождение. А Вы-то что делаете? Почему Вы участвуете в этой ссоре?  Пререкания – значит, они какие-то претензии предъявляют. А почему Вы пререкаетесь, если Вы взрослый, сознательный человек? Вот с этого начните, а к родителям проявляйте снисхождение. Снисхождение к их ошибкам, заблуждениям, плохому состоянию, нервной системе, просто слабостям каким-то и так далее. Вежливость, доброжелательность, спокойствие, миролюбие, терпение и все остальное. Но начинайте с себя.

Сплошь и рядом говорят: «Я нагрешила, у нас была ссора». – «Она была у Вас, значит, Вы за себя покайтесь». За то, что другие проявили какое-то неправильное отношение к Вам, они сами ответят перед Господом, Вы за себя отвечайте». И при таком подходе к делу все достаточно быстро успокаивается.

– Следующий вопрос: «Что делать, когда в момент причащения Тела и Крови Христа посещают хульные мысли?»

– Ничего не делать. Есть знаменитая история Пимена Великого о хульных (или сексуальных) помыслах. Старец говорит: «Раскрой свою мантию и посмотри, можешь ли ты остановить ветер». – «Нет, не могу». – «Вот и не пытайся. Добивайся того, чтобы этот ветер тебя не гнал, не сидел у тебя на шее и не был твоим командиром. Чтобы ты сам был командиром. У тебя командир Христос, и ты выполняешь то, что Он тебе велит. А ветер будет дуть куда захочет».

Не пытайся остановить ветер – вот в чем дело. Это частая ошибка. Не надо останавливать ветер, иди своей дорогой и ветру не подчиняйся. Собака лает – караван идет. Прекрасная русская пословица. Собака будет лаять, Вы ей пасть не заткнете, и пускай себе лает. Ничего с ней не сделаешь. И ничего не надо с ней делать. Свой караван ведите тем маршрутом, который вам Господь проложил. 

– Такой вопрос: «Моего близкого человека не стало. Слышит ли он меня, когда я к нему обращаюсь?»

– Вопрос, казалось бы, простой, легко ответить: да, конечно. Но мы не лезем в иное бытие. Это очень серьезное соображение, почти что философское или богословское. Это инобытие, иная жизнь. Какая-то связь есть, безусловно, иначе не было бы у нас молитв об усопших. Но как она реализуется, в чем выражается – мы не можем сказать, потому что это иная реальность. 

На что можно обратить внимание, на какой святоотеческий образ? Хорошая картина изложена словами у аввы Дорофея в «Душеполезных поучениях», где он говорит о Господе Боге как об источнике света – о солнце. А люди находятся на его лучах (помним, что по-гречески «луч» – это «радиус»). И чем ближе эти люди по своим радиусам приближаются к источнику света, тем ближе они становятся друг к другу. А кто уходит прочь от источника света, отдаляется от тех, с кем он должен быть близко. Значит, молитва человека, его христианский образ жизни, христианский образ мыслей – это и есть средство приближения к тем, кто уже прошел по этой дороге к небу. А как они слышит, есть ли у них уши – напрасно на эту тему рассуждать именно в силу того, что наше земное восприятие, земные средства понимания того, что происходит, относятся к материальной жизни.

– Интересный вопрос: «Не одно и то же ли душа и дух? Каково их влияние на человека?»

– Сложность этого вопроса в том, что разные авторы по-разному трактуют душу и дух.  Некоторые с полной определенностью говорят, что это две разные субстанции, два разных действия души, а другие их полностью объединяют. Дихотомия и трихотомия. Выделение в личности трех составляющих: телесной, душевной и духовной. Или двух составляющих: материальной и нематериальной. Формального различения мы здесь не добьемся. 

А что мы можем действительно увидеть? Что душа практически всегда как-то соотносится с жизнью. У собаки есть душа? Да, у нее есть какая-то своя собачья душа. Человек имеет дух, а собака духа не имеет. Казалось бы, все просто и легко. Если мы душу ассоциируем с жизнью, тогда надо сказать, что у ростка крапивы тоже есть душа, она тоже живая. И комар живой. В общем, не пытайтесь здесь выводить какие-то суждения, где есть душа, а где нет души. Понятно, что есть качества, функции человеческого бытия, которые присущи другим живым существам, и есть функции, которые присущи только человеку. И обо всем этом необходимо помнить и заботиться о цельности личности.

Есть слово «атом» – «неделимый». Мы атомы, неделимые существа, наша личность не может подвергнуться разделению. Мы разделяемся волей-неволей в момент смерти, но эта разделенность непостоянная, происходит воссоединение духовного и материального в воскресении.

– Вопрос: «Как преодолеть расставание с тем, кого любишь?»

– Опять-таки очень уж общий вопрос. Любовь – это не чувство, а акт воли. Это важное соображение. Если к расставанию привела смерть – это одно событие.

– Речь идет об отношениях между молодыми людьми.

– Да, любовь – это акт воли. Если это добрая воля и доброе дело – значит, это может быть брак или родительские отношения. Если это было связано с внебрачными половыми связями, остается только благодарить Бога, что удалось оставить.

Бывает разделение в браке. Вот была жена, я ее любил, а потом меня змея укусила в сердце... Но если я муж, а она жена, значит, я этому чувству ходу не даю, как тому ветру, о котором мы только что говорили. Ветер остановить невозможно. Но я иду тем путем, который мне дал Господь, в своем брачном супружеском благополучии, не допуская его нарушения.

Все это непросто. И желательно проконсультироваться со священником, в том числе и через переписку в Интернете. Задавайте эти вопросы, вам помогут это прояснить.

– И последний вопрос: «Можно ли пойти на исповедь и причащение без нательного креста?»

– Тут много разных суждений. Догмата на эту тему нет. Единственное, что приходится вспомнить: у наших святых новомучеников и исповедников Русской Церкви никаких крестов не было, они были и остались святыми. А возьмите человека недоброго, злого, оклейте его крестами со всех сторон, толку не будет никакого.

Ношение нательного креста, в том числе и священнического, – это обычай. Консультируйтесь лучше со своим приходским священником.

– Батюшка, давайте подведем итоги нашей программы. Скажите, пожалуйста, несколько добрых слов.

– Друзья мои, я рад был с вами побеседовать. Это важные вопросы. Не стесняйтесь, не смущайтесь. Распространенная слабость, когда люди говорят: «я стесняюсь спрашивать», «я не хотел Вас беспокоить», «я знаю, что мой вопрос не очень легкий, не очень приличный». Вот этому ходу не давайте. Возникает вопрос – задавайте, особенно на исповеди. Если есть возможность, вам ответят. Или в переписке с духовенством через Интернет – вам ответят, какую-то помощь окажут. Поэтому не отказывайтесь от этой помощи, которая нам сегодня дана в таком огромном изобилии. Господь вас благословит.

Не забывайте, пожалуйста, оказывать финансовую поддержку нашему телеканалу «Союз». Не лишайте этой возможности нашу телевизионную компанию. Всего вам доброго.

Ведущий Георгий Дербуш