Беседы с батюшкой. «Верю в Бога, но в церковь не хожу». Священник Роман Кацап. 7 сентября 2026

– Сегодня у нас в гостях директор Межъепархиального центра подготовки церковных специалистов Курской епархии, клирик храма Преображения Господня города Курска иерей Роман Кацап. Тема нашей сегодняшней программы: «Верю в Бога, но в церковь не хожу».

Сейчас пошла мода на такую фразу: «Бог в душе». Из уст многих людей можно услышать слова: «В Бога верю, но в церковь не хожу». Возможно ли быть верующим человеком, но при этом не являться членом церковной общины?

– Вообще это возможно, но что понимать под словом «вера»? Если понимать слово «верую» как «признаю, что Бог есть», тогда возможно. Но дело в том, что вера – это не просто признание, что Бог есть. Вера – это доверие Богу. Это жизнь с Богом, и, конечно, не в одиночку, самому по себе, а в церковном обществе. О такой вере, когда мы просто признаем, что Бог есть, апостол Иаков говорит очень четко и, я бы сказал, жестко: «Бесы тоже знают, что Бог есть, это их опытное знание, но от этого они никак не меняются». Это никакой пользы им не приносит. Возможна ли такая вера? Возможна. Но является ли она спасительной? Нет. Факт признания того, что Бог есть, сам по себе еще не спасает. Важно, как этот факт отражается на твоей жизни.

Если говорить про Церковь, то Христос является ее Главой, о чем мы читаем в Новом Завете у апостола Павла. Церковь – Его Тело, они неделимы. Что такое Церковь? Это собрание верующих людей, Главой которых является Господь Иисус Христос. Они объединены верой и таинствами, самое главное – таинством Евхаристии, Причащения. В этом отношении вера возможна только в Церкви, потому что именно в Церкви совершаются таинства. Господь Иисус Христос говорит: где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них (Мф. 18, 20). Это возможно только в церковном собрании. Невозможно разделить Господа и Церковь (как собрание людей), потому что Господь – Глава, а Тело – Церковь.

Апостол Павел до обращения в христианство, будучи еще Савлом, был гонителем христиан. Когда ему стало мало гонений в Иерусалиме, он взял разрешительное письмо и пошел в Дамаск. Но на пути в Дамаск происходит его обращение. Ему является Господь Иисус Христос и говорит: Савл, Савл! что ты гонишь Меня? (Деян. 9, 4). И Савл спрашивает: «Кто Ты, Господи?»

Савл не гнал Самого Христа, он гнал людей, христиан. А ему является Христос и говорит: «Что ты гонишь Меня?» Этим показано, что Христос не отделяет Себя от людей и от Церкви. В Евангелии есть слова: создам Церковь Мою (Мф. 16, 18). В Священном Писании много таких слов, которые говорят о том, что Господь и Церковь неделимы. Поэтому веры как признания того, что Бог есть, недостаточно.

– Правильно ли я понимаю из Ваших слов, что верующим в полном смысле этого слова может называться только тот, кто воцерковлен?

– Да. Можно даже сказать: тот, кто стремится к воцерковлению. Иногда человек еще не воцерковлен, но он стремится к Богу, старается жить по заповедям, тянется в храм и постепенно все узнает. Человек, который стремится к этому, и есть по-настоящему верующий.

Здесь можно привести пример Авраама. Верующий – это тот, кто доверяет Богу. Бог явился Аврааму и сказал, чтобы он бросил родное жилище и шел в другую землю. Как надо было довериться Богу! Он знал, что ему явился Бог, но мог и не довериться, сказать: «Почему я должен доверять Богу, этому невидимому голосу? Мне и здесь хорошо». Ведь он действительно был состоятельным человеком. Здесь жили его родные, отец, здесь все его богатство и семья. Зачем бросать все, что он нажил, и идти в другую землю? Но он все бросает и уходит. Вот насколько велико было его доверие Богу.

Это относится и к нам. Понятно, что от нас никто не требует, чтобы мы бросали семью. Но чтобы хотя бы действительно следовали заповедям и, самое главное, участвовали в жизни Церкви. Церковь – это не просто здание, архитектурное сооружение, а община, собрание людей. И в этом отношении Христос и Церковь неделимы.

– В чем ошибочность и проблема такой установки человека: «Я верю в Бога, но ни в какие церкви, тем более к попам в православную церковь, не пойду»?

– Как правило, эта установка говорит о том, что человек на самом деле не хочет, чтобы Бог вторгался в его жизнь. Ведь если Бог вторгается в твою жизнь, то надо меняться. Проще сказать: ты не нуждаешься в посредниках. Такое тоже может быть, но чаще всего это лишь прикрытие.

Причины бывают разные. Чаще всего человек просто не хочет, чтобы Бог был в его жизни. Но бывает и так, что человек обжигается. Он приходит в храм, но чего-то не находит. Церковь тоже не идеальна: она состоит из людей, а люди разные. Хотя ее возглавляет Господь Иисус Христос, но составляем церковное сообщество мы – простые люди, больные духовно. Ведь Господь пришел к больным, а не к здоровым.

Придя в храм, человек может не найти поддержки, внимания. Может быть, его обругали, сказали, что он не так оделся, не так повернулся, не туда поставил свечу. К сожалению, такое может быть. Это не значит, что человеку не нужно показывать, как правильно делать. Вопрос в том, как это у нас делается: зачастую без любви. Из-за этого человек может оскорбиться. Не важно, от кого это исходит: от прихожанина или священника. Если замечание делается грубо, без любви, это может отторгнуть человека. И такая причина может быть. Оскорбившись, человек может уйти навсегда. Но это рождается из непонимания того, что Церковь – это больше, чем конкретный непорядочный человек.

Часто приводят корректный пример: мы идем в магазин и хотим купить определенные продукты. Приобретая их, мы идем на кассу. Если на кассе кто-то нас обсчитал или оскорбил, или уборщица нас обругала, за то, что мы натоптали, это же не значит, что мы после этого откажемся от продуктов и не будем ходить в магазин. Мы можем поменять магазин, но от самих покупок не откажемся. То же самое и здесь. Мы приходим не просто в здание, а прежде всего ко Христу, к Причастию и другим таинствам. Мы приходим к людям, к общению, на исповедь. Если есть, к сожалению, какие-то негативные моменты, надо их избегать, но не отвергать из-за них полностью Церковь Божию.

– Что греха таить, будем честны: мы, верующие люди, к сожалению, нередко дискредитируем Церковь своими поступками. Особенно когда люди знают, что мы практикующие православные христиане. Мы, к сожалению, даем много поводов к соблазну. Но ведь не бывает такого случая, когда ты вообще не можешь дать повода к соблазну ищущим его? Ты не идеален и не можешь круглосуточно быть святым –ты живой человек. Где найти грань между тем, чтобы не соблазнить человека своим дурным поведением, и тем, чтобы не сойти с ума от напряжения? Как найти баланс, чтобы оставаться просто живым человеком?

– Критерии давно есть. Другое дело, стараемся мы им соответствовать или нет. Прежде чем стать христианином, надо научиться быть просто человеком, поступать по-человечески. Если мы не умеем этого, как же мы будем поступать по-христиански? Ведь это возлагает на человека намного больше обязанностей, необходимость соответствовать заповедям. В принципе, критерий один. Святые отцы и апостол Павел в Писании говорят: проверяй самого себя, соответствуешь ли ты заповедям Божиим, соответствуешь ли Писанию. Если нет, то тебе надо задуматься.

Как удержать эту планку? Подходи к другому человеку так, как ты хотел бы, чтобы подошли к тебе самому. Это не мы придумали, это сказано в Евангелии: как хочешь, чтобы поступали с тобой, так и ты поступай с человеком. Это универсальное правило.

Если ты, являясь прихожанином, частью церковного Тела, видишь, что кто-то пришел и что-то делает не так, можно сделать замечание деликатно, вежливо. Иногда надо дождаться нужного момента: может быть, сейчас человек усиленно молится. Может, он молится неправильно, но пусть он делает это так, как понимает, если это не нарушает церковного благочиния. Допустим, иногда бывает, что человек может сильно кричать (может, у него сердце кричит), но в это время идет богослужение. Тогда надо вывести его из храма (опять же не пинками, а аккуратно) и деликатно поговорить.

Но чаще всего случай самый обыкновенный: человек просто может не знать каких-то моментов. Можно с любовью подойти к нему и что-то объяснить. Может быть, после службы, если делать это во время богослужения некорректно (не только по отношению к этому человеку). Ведь рядом могут стоять другие люди. Если ты начнешь сейчас что-то объяснять, то волей-неволей они включатся, а идет молитва, служба.

Надо смотреть по обстоятельствам. Но самое главное – это человечность. Я всегда держу в сердце слова апостола Павла: Носите бремена друг друга, и таким образом исполните закон Христов (Гал. 6, 2). Если мы будем видеть немощь другого человека и стараться помочь ему искренне, не для галочки, то в этом будет проявляться наша человечность, любовь Божия, наше христианство. И тогда 90 процентах случаев все проблемы могут быть решены культурно…

– В общем, надо начать с того, чтобы просто вести себя по-человечески.

– Особенно это касается людей, работающих в храме. Они знают, как происходит богослужение, им доверяют, условно говоря, делить территорию. Допустим, кто-то следит за подсвечником. Это действительно необходимо делать, чтобы он меньше пачкался. Воск капает, свеча может упасть, загореться – может быть пожар или просто неприятность. Человек делает доброе дело.

Но иногда он сам себя считает хозяином этого подсвечника. А если человек подошел и (как ему кажется) не той рукой и не так поставил свечу, зашел не с той стороны, потушил какую-то свечу раньше положенного (не хватило места), то на него может обрушиться целый поток гнева. Это, конечно, надо останавливать. Священнослужители, если видят такие моменты, должны это пресекать. И сами верующие могут, не приводя к ссоре (насколько это возможно), чтобы не сделать еще хуже, не отвечать на зло злом, корректно говорить, что это недозволительно. Помощь в храме не означает, что ты полновластный хозяин, который распоряжается и гоняет людей направо и налево.

– Могут ли у человека быть настоящие, неподдельные отношения с Богом, если он находится вне Церкви? Если нет, то почему?

– Скажем так: настоящие отношения с Богом у человека могут быть, даже если он не в Церкви, но только в самом начале пути. Когда он только начинает искать, он может использовать разные средства. Если он стремится к Богу, то Господь ему отвечает. Можно ли это назвать настоящими отношениями с Богом? Можно. Но если человек в самом начале пути услышал призыв Бога и пошел в Церковь, он включается в Тело Христово. Дальше отношения возможны только в Церкви, потому что Церковь – это богочеловеческий организм. Христос и Церковь неразделимы. В остальном подлинные отношения невозможны.

Это не значит, что люди вне Церкви автоматически являются плохими, не могут жить по заповедям. Могут, потому что в каждом человеке есть голос Божий – совесть. Но это неполноценные отношения. Об этом говорят и Священное Писание, и Священное Предание. У Киприана Карфагенского есть известная фраза: «Кому Церковь не мать, тому Бог не Отец». Многие другие святые отцы говорят о том же. Это очень серьезно. Поэтому полноценные отношения возможны только в церковном обществе. Нравится это кому-то или не нравится, но это так.

– Давайте представим ситуацию: человек воцерковился, почувствовал от Господа благодать, которая призвала его прийти в Церковь, в храм, в общину. Он настолько рад, что пришел к Богу, что не может не поделиться этим сокровищем с родными, близкими, друзьями. И он начинает настаивать на том, что им надо ходить в Церковь, каяться, молиться, поститься, причащаться, исповедоваться, приступать к таинствам и так далее. Нужно ли человеку, который испытывает эту радость, делиться ею? Ведь он это делает из благих побуждений. Но реакция у людей может быть разной, он может досаждать им. Нужно ли такому человеку с его неофитским порывом призывать людей вокруг, своих ближних, чтобы они тоже пошли в храм, к Богу?

– Здесь не подходит слово «нужно» или «не нужно». Если человек получает действительное состояние радости, благодати, то он просто не может не поделиться этим с другими. Делиться именно состоянием радости можно и нужно, но это не должно задавить другого человека. Необходимо понимать, способен ли другой человек воспринять эту радость. Это не значит, что не надо говорить о вере, о Боге, но это разные состояния. Иногда человек настолько переполнен радостью, что считает: все должны так же переполниться ею. Но здесь ему важно вспомнить, что он и сам пришел к этому состоянию не сразу.

Говорить надо, но так, чтобы это не надоедало. Нельзя проявлять агрессивность. Это уже не то состояние, когда человек делится радостью. Он становится просто агрессивно-фанатичным, не побоюсь этого слова. Радость должна быть мирной, тихой, без принуждения. Если человек начинает проявлять агрессию и принуждение, то это уже не христианство.

Часто человек делает это не специально. Он сам только проходит становление и искренне считает, что поступает правильно. Но на самом деле это не так. Важно учитывать степень восприятия других людей: они могут быть еще не готовы. Мы, верующие люди, можем по-разному молиться: кто-то новоначальный, кто-то уже более опытный. Об этом можно говорить. Мы по-разному постимся: кто-то более строго, а кто-то менее. Как в спорте: ты взял вес в сто килограммов и говоришь, что все теперь должны брать сто килограммов. Они, может, и от десяти завалятся. Ты тоже пришел к этому не сразу, а постепенно.

«Носите немощи друг друга». Видя немощь, помогайте делом. Быть христианином – это не просто говорить, как правильно делать, а показывать добрый пример. Это будет самым истинным свидетельством. Быть «солью земли». Если соль перестанет быть соленой, то что с ней остается делать? Только выкинуть. Мы иногда путаем эти понятия. Мы считаем: быть «солью» – значит засыпать солью других. А на самом деле это означает, что надо тихо показывать пример.

– Есть такая фраза: если в семье появляется святой, все остальные члены семьи становятся мучениками, страдают.

– Юмористическая фраза, но не так далека от истины.

– Вообще от христианина, наверное, нужен не только пример доброго христианского жития, но еще ему важно усердно молиться за людей, чтобы они были способны принять такую же радость, что и он?

– Это все должно быть в совокупности, конечно: и пример, и молитва. Мне очень нравится пример святой блаженной Моники, матери святителя Августина, который в детстве много хулиганил в духовном плане, увлекался различными лжеучениями. Сейчас этого очень много. Молодые люди очень часто ищут чего-то и говорят: «Мне надо попробовать разные лжеучения или оккультизм. Ничего страшного, я просто это изучаю». На самом деле это очень страшно: если ты погружаешься в то или иное лжеучение, оно на тебя влияет. Представляете, что матери святителя Августина пришлось претерпевать? Но она не оставляла надежды и молилась много лет. Это очень важно. Крестный блаженного Августина, святитель Амвросий Медиоланский, говорит: «дитя стольких слез не может не спастись». И действительно, святитель Августин, мы знаем, потом стал епископом и величайшим святым. Но это было потом. Сколько же матери пришлось молиться! И молитвы ее не пропали даром.

– Недавно слышал случай на радио «Подвижник» (советую всем – прекрасное радио, основано доктором Боровских). Звонит одна женщина, которая очень переживает за своего престарелого отца. Он профессор, доктор наук, очень пожилой, наверное, уже на пороге смерти. Несколько лет назад он лишился и рук, и ног. И они со своей сестрой побуждают его: «Папа, ну покайся. Ты же в таком состоянии находишься…» И покойная мама, супруга этого профессора, тоже говорила об этом.

Как утешить таких близких, которые переживают, что их родные не обращаются к Богу, несмотря на такие тяжелые обстоятельства?.. Что бы Вы посоветовали им?

– Во-первых, никогда нельзя терять надежду. Во-вторых, обязательно молиться. Молиться, как блаженная Моника. И объяснять, почему это происходит. К сожалению, человек создан так, что имеет свободу воли и может выбирать не только добрый путь, но и злой. Человек создан по образу Божьему. А одно из свойств образа Божьего – это свобода.

Нельзя заставить насильно любить кого-либо: хоть Бога, хоть человека. Если меня кто-то будет заставлять любить человека, а я его не люблю, то что это мне будет приносить: страдания или радость? И даже если под насилием я соглашусь на это, мне любовь этого человека будет приносить радость или страдание? То же самое и здесь. Да, это, может быть, выбор человека. Да, этот выбор, может быть, трагичный. Но стоит ли заставлять? Иногда люди под такими уговорами соглашаются, чтобы не обижать близких. Но будет ли спасительным такое согласие?

– То есть родственники успокоятся…

– Да, нужно ли такое согласие ради спокойствия родственников? Не будет ли еще греха в том, что человек так согласился? Ведь в конечном итоге все это необходимо для того, чтобы человек спасся и любил Бога. А если он не любит Бога и даже даст формальное согласие, от этого любовь не возникнет. Поэтому остается только молить Бога, чтобы Господь действительно вразумил его, может быть, создал такие условия... Хотя, видите, человек уже и так болен, а никак не меняется. Человек сам должен прийти к этому. А Господь везде: и в раю, и в аду. Взойду ли на небо – Ты там; сойду ли в преисподнюю – и там Ты.

Любовь Божия может приносить либо радость, либо страдание. Пока не будет этой синергии, соработничества, пока человек сам не захочет, то никто не сможет насильно его заставить… Бог может, но тогда это будет уже не свобода, а робот какой-то. Поэтому Бог не вторгается в свободу человека. Но самим родным надо не терять надежду, не проявлять агрессивность, естественно, молиться и показывать своим примером свою любовь к этому человеку и Богу.

– Продолжая тему скорбей, болезней, спрошу: могут ли люди без духовной жизни, когда они живут самостоятельной (нецерковной) жизнью, по-настоящему, без вреда для себя, своей души, для психического состояния переносить болезни, потери и страхи, преодолевать эти житейские трудности?

– Может ли человек, если он находится где-нибудь в океане, спастись без корабля без спасательного круга? Может быть, и может, если берег недалеко и у него хватит сил. Но, наверное, надолго его не хватит. Это очень сложно сделать. А Церковь – как спасительный кораблик. Это известный образ: Церковь как корабль, который плывет среди волн бушующего житейского моря. Естественно, где легче спастись в бушующем море: в лодке, на плоту или все-таки на полноценном корабле? Конечно, на корабле. Почему мы говорим, что Церковь – это все-таки корабль. По тем же самым причинам: потому что здесь человек не один.

Если человек вне Церкви, то он остается один на один со своими бедами. И ему сложно самому спастись. Необязательно это болезни, может, это какие-то другие беды. Если он в Церкви, то, соответственно, он не один. Это собрание, которое объединено Господом. Там действительно помогают. Община, может быть, неидеальная, где все бывает, но все-таки это община. Если человек захочет о чем-то попросить, есть много людей, которые готовы откликнуться. И даже если не просишь, есть люди, которые увидят и помогут. Естественно, так легче.

И самое главное – возглавляет все это Господь. Самое главное – Евхаристия, духовная помощь. Мы всегда об этом говорим: это все венчает. Поэтому в Церкви спастись можно. Церковь спасает во главе с Господом. А без Церкви спастись нельзя. Есть очень четкие слова: «Нет Церкви – нет спасения».

– Правда ли, что если человек находится вне Церкви, вне ее духовных установок, он не всегда способен отличить добрый поступок от дурного? Я, конечно, не беру какие-то серьезные преступления, речь про бытовые вещи, которые мы можем делать ежедневно. Всегда ли человек, находящийся вне Церкви, может какие-то бытовые, негативные, вредящие душе поступки воспринимать как плохие или как хорошие? Он может не видеть грань? У него, наверное, стирается грань между добром и злом?

– Я бы, наверное, расширил это. Я думаю, что такое может быть как вне Церкви, так и в Церкви. Кроме того, что Господь Иисус Христос есть Глава Церкви, у нас идет борьба, как апостол Павел говорит, против мироправителей…против духов злобы поднебесных. И человек так или иначе в своей греховной, падшей природе. Поэтому может ли человек заблуждаться, путать грани? Конечно, может: как вне Церкви, так и внутри ее. Более того, если говорить про тех людей, которые в Церкви, то основная задача сатаны как противника Бога – привести к тому, чтобы люди как раз не чувствовали этой грани. Хорошо, когда понятно, что это добро, а это зло. Но зло часто маскируется под добро. Оно говорит: «Это добро. Да, врать не надо. Но здесь можно обмануть ради спасения кого-то». Вот уже грань стирается. Или из двух зол выбираем меньшее.

Бывают разные случаи – вот что страшно. И в Церкви такое может быть. Но самое главное – «не всякому духу верьте, но проверяйте, от Бога ли они». Просто тому человеку, который вне Церкви, сложнее. Человеку, который в Церкви, тоже сложно, но у него есть средства. А у того, который не в Церкви, в принципе, всего лишь одно средство – это голос совести, который есть голос Божий. Но, к сожалению, совесть можно сжечь. Поэтому вне Церкви человеку сложнее.

– То есть все начинается с мелочей? Надо следить за тем, чтобы не допускать мелкие поступки. Иначе сначала можно закрывать глаза на них, а потом скажешь: «Что тут такого, если совершаешь нечто серьезное?..»

– Дело в том, что в духовном плане мелочей нет. Как сказано в Писании, «кто не верен в малом, тот не будет верен и в великом». Тут опять возникает такая иллюзия, что все хорошо. Ты думаешь, что это мелочь, а потом для тебя уже становится мелочью и Евангелие почитать. Вроде бы раньше ты читал молитвы искренне, а теперь можно и не почитать или коротенькую молитву прочитать. Я не говорю, что надо длинные правила вычитывать. Я про то, с каким сердцем человек подходит к этому. Потом становятся ненужными многие вещи, которые на самом деле не мелочи. С таких мнимых мелочей начинается падение.

– Батюшка, не могли бы Вы сказать какое-нибудь доброе пожелание, наставление человеку, который давно не был в храме, хочет пойти, но его что-то держит. Наверняка он боится, что к нему отнесутся без должного внимания или как-то нахамят. Что бы Вы посоветовали такому человеку, который хочет в Церковь, но его что-то останавливает или он боится? Как ему сделать первый шаг?

– Надо начать, наверное, с доверия, открыть свое сердце. Дома открыть свое сердце Богу. Как мы разговариваем друг с другом, так же мы и с Богом можем говорить. Нужно открыть Богу свое сердце и сказать: «Господи, я волнуюсь, я переживаю. Я доверяю Тебе, я верю, но я боюсь». Почему-то мы боимся с Богом говорить так, как мы общаемся друг с другом. Мы думаем, что Богу можно только читать заученные слова. Эти молитвы – как примеры, они действительно помогают нам, но это не значит, что мы своими словами не можем говорить.

Нужно открыть сердце и обратиться к Богу. Потом идти в церковь с надеждой и попытаться присмотреться. Надо начать с малого: постоять в храме, посмотреть, как проходит богослужение, кто из священников исповедует. Присмотревшись, найти человека, которому ты действительно сможешь довериться. Понятно, что можно и ошибиться. Но все равно осторожно, постепенно проявлять доверие, интерес, спрашивать. Так человек не сразу, а постепенно вольется в общину, и найдутся люди, которые действительно помогут. Таких людей на самом деле больше, чем тех, которые ведут себя неправильно. Просто они сразу видны. А те люди, которые помогают, часто неприметны. Если прийти вот так – с доверием к Богу – и присмотреться, люди откликнутся. Иногда они сами делают первый шаг, видят, что человеку нужна помощь. Но если этого не происходит, то тогда надо присмотреться, не бояться подойти к кому-то, поговорить, подойти к священнику.

У меня была такая ситуация. Когда я дежурил в храме, зашла женщина. Она боялась спросить у меня и подошла к уборщице, уборщица подошла ко мне… То есть даже боятся к священнику обратиться тоже по разным причинам, может, боятся, что нагрубят или что-то другое. Но не надо бояться, и тогда все будет нормально. Господь все управит, и человек вольется в церковное общество.

– Да, надо не бояться, набираться смелости... Даже если ты пришел в храм и тебе кто-то вдруг нахамил (что, к сожалению, у нас есть, и это беда), не надо думать, что в Церкви все такие, что у тебя Бог в душе и это все не нужно. Не надо думать, что все люди плохие. Они разные.

– Мы идем в церковь ко Христу. И если мы встретили грубого человека, значит, надо идти к другому. Но самое главное – идти к Чаше. А чтобы подойти к Чаше, мы идем сначала на исповедь. Это тоже важно. И так мы получим помощь и совет.

Дорогие братья и сестры, просим вас жертвовать на помощь телеканалу «Союз».

Ведущий Георгий Дербуш