Воскресные беседы. Собор Киево-Печерских святых

В студии епископ Каскеленский Геннадий.

− Во второй воскресный день, выпадающий на период Великого поста, в Русской Православной Церкви отмечают праздник всех преподобных отцов Киево-Печерской лавры. Это подвижники первых двух столетий после крещения Руси, которые своими мощами почивают в двух знаменитых пещерах лавры: в Ближних (Антониевых) более 70 мощей; в Дальних (Феодосиевых), которые расположены дальше от входа в лавру, ближе к Днепру, − еще почти 50 мощей. Все мощи помещены в специальные раки и сохранились до настоящего времени. Надеюсь, что по милости Божией будут сохранены и в нынешний трагический период истории Украины.

Киево-Печерский монастырь называют колыбелью русского монашества. Дата его основания – 1051 год. Именно тогда здесь поселился святой Антоний, уроженец Черниговского края, принявший монашеский постриг на Святой Горе Афон, а затем насадивший традиции монашества в Киеве.

С первых дней существования Печерский монастырь отличался строгим уставом. В первоначальный период его истории, вплоть до разорения Киева войсками Батыя, здесь получили воспитание множество святых подвижников. Сохранился замечательный памятник древней литературы, Киево-Печерский патерик, в котором содержатся глубоко назидательные рассказы о жизни и подвигах иноков обители. Это произведение на протяжении столетий было одним из самых любимых чтений в православных семьях, а совершить паломничество в Киев, в лавру, считалось долгом каждого христианина, где бы он ни проживал: в Центральной России, на Урале, в Сибири или Азии.

Историки полагают, что Киево-Печерский патерик был создан в начале XIII столетия. Но он вобрал в себя и более ранние произведения. Автором многих страниц патерика считается преподобный Нестор Летописец, первый отечественный историк, монах, который создавал свои произведения уже в конце XI – начале XII века. Его мощи также открыты сегодня для поклонения, находятся в Ближних лаврских пещерах.

Нестор записывал сведения о первых подвижниках монастыря: Антонии, Феодосии, Дамиане, Иеремии, Матфее, Исаакии и многих других. Все они получили в патерике свои особые вторые имена. Например, Дамиан – Целебник, поскольку он имел особое послушание от игумена Феодосия совершать молитву над болящими, которых к нему отправлял сам настоятель. Дамиан помазывал их елеем – и те выздоравливали. В этом рассказе мы имеем важное свидетельство о совершении в нашей Церкви таинства Елеопомазания еще в XI веке. И сегодня, несмотря на развитие медицинской науки, христиане часто прибегают к таинству Елеопомазания, когда священник читает молитвы об исцелении болящих и помазывает их освященным елеем, маслом. Есть традиция совершать это таинство в храмах в период Великого поста.

Другой современник Нестора, Иеремия Прозорливец, жил в монастыре до глубокой старости. Он помнил самого равноапостольного князя Владимира и сам был им крещен, вместе с первыми киевлянами, еще в 988 году. Иеремия легко читал человеческие мысли, часто удерживал братьев от поспешных или греховных поступков, заблаговременно приходя к ним в келью и обличая их тайные помыслы.

Исаакий, затворник Печерский, когда-то был богатым купцом, но внезапно раздал имение и поступил в монастырь. С ним произошел следующий замечательный случай. После семи лет жизни в уединении (как принято говорить – в затворе) он испытал следующее искушение. В ярком свете ему явились, как ему показалось, Христос с двумя ангелами и приказали, чтобы Исаакий совершил им поклонение. Исаакий, возгордившись, что удостоился такого необычного видения, забыл даже осенить себя крестным знамением, не распознал бесовское искушение и поклонился. Но, как выяснилось, он поклонился бесам, принявшим образы Христа и ангелов. Христос с ангелами мгновенно исчезли, а келью наполнила громкая и страшная музыка. Бесы схватили подвижника, стали с ним танцевать. После окончания этой «дискотеки» подвижник остался лежать на полу кельи недвижимым, едва живым.

История весьма поучительная. Монах должен преуспевать в смирении, плакать о своих грехах, молиться о прощении грехов ближним и никогда не считать себя достойным особых состояний, видений, снов, откровений. Вообще православная духовная традиция отличается предельной рассудительностью, трезвением, осторожностью. Категорически запрещается возбуждать себя какими-то движениями, танцами, искать особых видений, экстатических духовных состояний. Жизнь человека, христианина, монаха должна быть сосредоточена на покаянии, спокойной, неторопливой молитве, которая совершается не столько в уме, сколько в сердце.

Кроме Нестора Летописца, в создании Киево-Печерского патерика приняли большое участие еще два подвижника − епископ Владимирский Симон и инок Поликарп. Послушайте, какие замечательные слова пишет Симон в послании к Поликарпу: «Кто не знает меня, грешного, епископа Симона, и этой соборной церкви, красы Владимира, и другой, Суздальской церкви, которую я сам создал? Сколько они имеют городов и сел…  и этим всем владеет наше ничтожество… Но истинно говорю тебе – всю эту славу и честь сейчас же за ничто посчитал бы, лишь бы колом торчать за воротами или валяться сором, попираемым людьми, в Печерском монастыре или быть одним из убогих, просящих милостыню у ворот честной той лавры».

У нас нет оснований сомневаться в искренности епископа Симона. Очевидно, что в Киево-Печерской обители молитвами, трудами святых была создана совершенно особая, неповторимая, благодатная духовная атмосфера, которая привлекала множество людей, воспитывала, преображала всех туда приходящих. Это было настоящее братство святых, идеальная первохристианская община, в которой ощутимо действовала сила Божия.

Епископ Симон придает огромное значение совместной жизни в монашеской, лаврской общине. Даже быть погребенным в монастырской пещере вместе со всеми святыми отцами лавры − уже великая честь и надежда на вечное спасение. Симон утверждает: никакие молитвы, ни чтение Псалтири, ни пение псалмов в келейном одиночестве не стоят одного возгласа «Господи, помилуй!» на общем братском богослужении. Даже вкушать пищу следует не в одиночестве, а вместе со всеми. В монастыре важна общая трапеза, братство. Братская пища сотворяется от божественного огня. 

Симон, как и Нестор, вспоминает дорогие ему имена преподобных Киево-Печерских подвижников, с которыми был знаком лично.

Вот, например, случай, происшедший с Афанасием Затворником. Уже в преклонных летах, после долгой болезни, Афанасий скончался. Каково же было удивление братьев, когда на третий день, войдя в келью для совершения погребальных молитв, они нашли святого живым, сидящим и плачущим. Афанасий практически ничего более не говорил. Он только призывал к молитве и покаянию и свидетельствовал перед братьями о бессмертии души. Потом, затворившись в тесной пещере, Афанасий прожил еще 12 лет.

Преподобный Никола Святоша (в миру князь Святослав Давидович) – представитель Черниговского княжеского дома, прямой потомок равноапостольного Владимира, правнук Ярослава Мудрого. Он принял монашеский постриг в Киево-Печерской обители 17 февраля 1106 года. При этом он оставил семью, княжество, великое богатство и честь.

С глубоким смирением Никола три года работал в поварне, для которой рубил дрова, носил воду, а следующие три года служил в монастыре привратником. Ворота открывал всем приходящим. В то же время он около своей кельи развел прекрасный сад и на свои средства построил в монастыре храм Святой Троицы; и еще один храм, в честь святителя Николая, своего небесного покровителя.

Преподобный Никола был первым из князей потомков Рюрика, в зрелом возрасте сознательно отрекшимся от мира и поступившим в монастырь. Дело по составлению патерика продолжил ученик Симона, тот самый Поликарп. Помимо рассказов о святых, Поликарп еще и честно пишет о проблемах обители, которые, скажем, иногда доставляли ей жадные, властолюбивые и жестокие князья, унижавшие духовных лиц.

На протяжении тысячелетия образы монахов Киево-Печерской лавры служили примером для подражания инокам всех, без исключения, обителей нашей Церкви, воплощали в себе духовный и нравственный подвиг православного монашества.

Записала Полина Митрофанова