Учимся растить любовью. Дети, родители и их родители. Часть 2

Продолжаем тему взаимоотношений трех поколений в семье. В прошлый раз мы поговорили о том, как важно молодым родителям попытаться наладить отношения с бабушками и дедушками. В этот раз поговорим, что делать представителям старшего поколения, если их дети обзавелись своей семьей, а отношения не ладятся. Погружаться в тему будем снова с семейным психологом Елизаветой Пархоменко.

У нас в гостях семейный психолог Елизавета Пархоменко.

– Сегодня мы продолжаем начатую в прошлой беседе тему о том, как выстраивать взаимоотношения в семье, где задействованы три поколения: бабушки и дедушки, молодые родители и дети. В прошлый раз мы говорили о том, как вести себя родителям, если взаимоотношения со старшим поколением не складываются. Сегодня мы поговорим о том, каким должно быть поведение бабушек и дедушек, какие могут быть проблемы и как их преодолевать. Итак, когда мы становимся бабушками и дедушками, наверное, могут возникнуть непредвиденные проблемы. Какие же в первую очередь проблемы возникают в семьях?

– Мне кажется, это один из самых радостных моментов – когда у твоих детей рождаются дети и ты становишься бабушкой (дедушкой). Появляется много надежд, желаний. В общем, это какая-то совершенно особая радость. С другой стороны, очень много боли, люди очень ранятся, когда не получается так, как хочется, и когда у старшего поколения вдруг возникают конфликты со своими взрослыми детьми. То есть насколько много радости и желаний, настолько же много боли и конфликтов. Все обостряется.

Я в этом смысле понимаю и тех, и других очень хорошо. Потому что у меня есть собственные дети, которые еще маленькие. И одновременно у меня есть взрослые дети и внуки. То есть я могу понимать и тех, и других, сопереживать и тем, и другим.

Конечно, гораздо чаще на консультации приходят взрослые дети, у которых проблемы со старшим поколением. Они не очень-то хотят их воспринимать, им сложно с ними выстраивать взаимоотношения и границы. И работа здесь направлена как раз на то, чтобы выстроить эти отношения и себя не потерять. Но иногда бывает, что приходят на консультацию и представители старшего поколения. У меня всегда к ним большое уважение. Потому что если для нашего поколения считается нормой ходить к психологу и пытаться в чем-то разбираться, то, конечно, для старшего поколения это совсем непривычно, им требуется большая смелость и большое желание что-то менять. Если такие люди приходят, я испытываю к ним большое уважение.

Приведу пример из недавней истории. В целом это частая история. Приходит на консультацию женщина и рассказывает историю, что у ее любимой дочки родился сначала один, потом другой ребенок. Она активно им помогала сколько-то лет назад с первым ребенком. Потом родился второй ребенок, и вдруг стало происходить странное: дочка стала ходить к психологу и предъявлять матери много-много претензий: и это мама сделала не так, и другое не так. В конце концов закончилось тем, что дочь сказала: «Мама, ты отобрала у меня материнство». Женщина пришла вся в слезах, с вопросом, что это значит, что она отобрала у нее материнство.

На самом деле ее очень жалко. Не знаю, что происходит у ее дочки; может быть, это какой-то важный процесс. Очень хочется надеяться, что это временный процесс, а не окончательное решение дочки по поводу того, что мама во всем виновата и отобрала у нее материнство...

Маму, конечно, очень жаль. Тем более видно, что она дочку свою действительно искренне любит. По-разному бывает. В этом поколении бывают и люди, которые совсем зашорены и не видят, что делают что-то неправильно. Но это был совсем не тот случай. Женщина хотела разобраться в себе, исправить взаимоотношения, хотела действительно понять, что имела в виду дочка и в чем она виновата.

– Удалось ли каким-то образом решить эту проблему? Или хотя бы продвинуться в этом направлении?

– В какой-то мере. Здорово, когда приходят дети с родителями ко мне на консультацию, тогда это парная сессия. Даже не сессия, а целый процесс, потому что обычно такие истории невозможно решить за одну-две сессии. Но зато взрослые дети со своими родителями могут всё прояснять и выстраивать взаимоотношения прямо на сессии. Кстати говоря, это прекрасный вариант того, как не остаться каждому в своих обидах, а настроить правильные взаимоотношения. Это непросто сделать в одиночку.

Но тут была другая ситуация. Я пригласила дочку, но она сказала, что она все свои проблемы закрывает со своим психологом и ей этого достаточно. Повторюсь, я надеюсь, что это временный этап. Что-то мы, конечно, сделали с мамой.

И сейчас мы как раз переходим к теме, что же вообще могут сделать родители. Вот ребенок повзрослел и вылетел из гнезда. Хочется с ним сохранить те же отношения, которые были, а ребенок сопротивляется. И хорошо, что он сопротивляется. Если он не будет сопротивляться, то для него это плохо закончится. И мне здесь всегда хочется сказать старшему поколению: вы любили ребенка как могли, пусть что-то не получалось, но вы точно любите своих детей и хотите им добра. Так вот, если они не вылетят из гнезда, не будут сопротивляться, если сепарация не будет пройдена, то ничего хорошего не получится.

Думаю, все родители хотят добра своим детям. Грустно было бы видеть, что у наших детей не складывается своя семья, у их детей не складывается семья. Наверное, это не то, чего мы хотим для своих детей. И это первый посыл, что я хочу обратить к старшему поколению, которому, конечно, сложно все это слушать. Тем не менее следует исходить из такого посыла: что я могу сделать, если у меня не складываются отношения с моим ребенком?

Нам хочется, чтобы было по-другому, хочется принести какую-то пользу и своему ребенку, и своим внукам; и вообще восстановить отношения. А ребенок при этом предъявляет кучу претензий, сходил к психологу и во всем нас обвиняет. Что здесь можно сделать?

Первый момент, который я бы выделила, нелегко будет услышать людям старшего поколения, но это важно услышать. Я очень хорошо понимаю, что нелегко слышать какие-то обвинения. Тем не менее очень важно взять часть ответственности на себя. То есть если с детьми что-то не получается, не получается хороших, теплых отношений, если у них претензии, обиды и так далее, то абсолютно точно в этом есть и ваша ответственность. Если все было хорошо в детстве, если вы были действительно той фигурой, которая отвечала на все потребности ребенка, в том числе потребности в его независимости, взрослении, его границах и автономии, тогда точно будут хорошие отношения. Это закон.

Я бы посмотрела на этот закон для того, чтобы взять часть ответственности на себя, и это то, что может открыть дорогу к взаимоотношениям. Это очень сложно сделать, потому что это больно. Хочется думать, что кто угодно виноват, только не ты. Но это единственный путь к выстраиванию взаимоотношений. Это невозможно обойти. Если мы хотим выстроить отношения, то придется смотреть на все честно и прямо.

Дальше можно прислушаться (что еще сложнее) к претензиям, обидам, обвинениям, которые могут быть чрезмерными. Нужно помнить: если много воды накапало в стакан, в какой-то момент это перельется – и будет потоп. Если вы никогда не слушали ребенка, не брали на себя ответственность, наверное, на вас может вылиться действительно потоп обвинений, какой-то неприязни. Но если вы хотите восстановить отношения, то придется принять и услышать, про что это. В частности, такой потоп случается, когда родители никогда ребенка не слушали, когда ребенок не мог достучаться до них в каких-то важных вопросах.

– Это очень важные этапы, как вести себя в такой ситуации. Вы сказали про принятие. Это значит, нужно попытаться ответить на все его претензии или просто выслушать его и посочувствовать?

– Для начала услышать, о чем эти претензии. Нужно услышать боль ребенка, принять это и согласиться с этим. Например, в случае, который я приводила, дочка говорила, что у нее отобрали материнство. Маму мне здесь искренне жаль, потому что она говорит: «Я старалась помогать, сама не спала, у меня болела голова, с мужем отношения портились, а я все равно помогала». То есть она очень искренне помогала. Но дочке чего-то не хватило. Возможно, ей не хватило уважения к границам. Возможно, мама за этой помощью не увидела и не услышала, что в какой момент дочке это уже было не нужно (или нужно было помогать по-другому, а не делать все за нее). За это придется взять ответственность, эту боль придется услышать. Хотя, похоже, сейчас эти претензии и обиды чрезмерны и вообще не включают в себя благодарность и видение мамы. Но для того, чтобы появилось другое, придется эту боль услышать.

Если эта боль будет услышана, признана (мама скажет: «да, это правда») и за это будет взята ответственность и принесены извинения, тогда этот поток будет становиться меньше и меньше. То есть эта боль будет утихать. Например: «Да, я сейчас тебя слышу. Тебе действительно было больно, когда я оставляла тебя одну. Я не понимала, что тебе это важно. Я бы сейчас так никогда не сделала. Мне очень жаль. Это так ужасно, что я причиняла тебе боль, наказывала или критиковала». Но кто не делал этого? Все мы это делали. Я, например, могу вспомнить массу плохого, что сделала по отношению к своим старшим детям.

– Мне кажется, наше поколение родителей чрезмерно тревожится по поводу того, как много ошибок было сделано. Мы отличаемся от предыдущего поколения повышенной тревожностью.

– Здесь нужна грань, но точно нужно признавать свои ошибки, извиняться. И это непросто. Это первый момент: услышать, о чем боль, признать эту боль, принести извинения, посочувствовать. Иногда для этого требуется длительное время. То есть эта боль не проходит сразу. Сказать: «Прости, я тебя любила как могла», – недостаточно. И каждой нужно время, каждой нужно высказаться. Придется ждать какое-то время. И это придется принимать.

Это так же, как в супружеских взаимоотношениях. Если ты долго был обижен, если тебе изменили или еще что-то, это не пройдет просто так, придется дать этому пространство и время, говорить об этой боли, чтобы эту боль признавали. Тогда станет легче. Но это же надежда, что я могу слушать своего ребенка, признавать его боль. И от этого боли будет становиться меньше.

– Этого будет достаточно, если мы в полной мере выслушаем другого и найдем в себе терпение не парировать, а именно сочувствовать? Это поможет наладить отношения?  

– Да, если поведение при этом изменилось. То есть важно не только выслушать боль и признать ее, а изменить взаимоотношения. Если это сделано, если уже все по-другому, то этого может быть достаточно. Но чаще всего что-то не так и в нынешних взаимоотношениях, и в прежних: что-то по-прежнему продолжает ранить. И с этим даже сложнее, потому что иногда нам легче попросить прощения за прошлое и гораздо сложнее признать сегодняшнее. Мол, я хочу, чтобы ты ребенка воспитывала вот так, чтобы лекарства давала вот такие, и не готова признавать, что ты имеешь право не слушать моих советов. А ведь это, скорее всего, та же самая боль... В свое время, к примеру, мама не слушала, как дочь хочет одеваться и с кем дружить, а сейчас не слушает, какие она выбирает способы лечить своего ребенка или куда его водить на занятия.

– Но ведь бывают ситуации, когда бабушки и дедушки не могут безучастно наблюдать за тем, как поступают молодые родители, потому что молодые родители действительно могут ошибаться. Например, мы знаем случаи, когда родители очень маленьких детей переводят на сыроедение, и знаем, чем это заканчивается. Или, например, родители отказываются от традиционных видов лечения, когда это необходимо, и могут лечить воспаление легких у маленького ребенка без применения антибиотиков, считая, что это вредно. И так далее. Есть ситуации, которые объективно являются опасными. И тогда бабушки и дедушки, забыв о психологии и выстраивании отношений, хотят как-то защитить своих внуков. Здесь есть какие-то советы?

– Это очень деликатная ситуация. Давайте не будем брать какие-то крайности, потому что крайности требуют отдельного рассмотрения. Если я вижу, что у моей взрослой дочери какое-то психическое расстройство и она собирается убить своего ребенка, это крайность, и ее надо рассматривать отдельно. Но как бы горько нам ни было, мы ничего с этим сделать не можем, поздно. Мы уже сделали свое дело. Пока это был наш ребенок, мы могли что-то делать. А сейчас поздно. Мы же не можем прийти к соседу и наводить там свои порядки, даже если на сто процентов убеждены, что он делает неправильно.

Только принятие, выстраивание хороших взаимоотношений могут в какой-то момент дать возможность прислушаться к вашему совету, услышать вас. Это же про нарушение связи. И это если вы правы. А может быть, вы и не правы. Может быть, на самом деле наши дети правы? Нам может казаться, что они всё делают неправильно, а они всё делают нормально. Поэтому хотим мы или не хотим, нам остается только это принимать.

Я бы еще выделила несколько пунктов того, что можно делать. Первые два – простые, понятные практически. Следующие касаются ситуаций, когда мы особо ни на что повлиять не можем. Таких ситуаций много. Допустим, мы видим, что ребенок совсем к нам не прислушивается, совсем не готов идти навстречу. Мы уже готовы и меняемся, а он не готов. Что тогда делать?

Во-первых, всегда помнить о системности, смотреть системным взглядом. То есть если я меняю себя и меняю свои паттерны поведения, это обычно влияет на всю систему, и рано или поздно так или иначе система начинает меняться. То есть нужно время, нужно продолжать свои собственные изменения и ждать. Скорее всего, все начнет меняться.

Во-вторых, напомнить себе про иерархичность взаимоотношений детей и родителей. То есть какими бы взрослыми ни были наши дети, они все равно остаются нашими детьми, они никогда не будут нашими друзьями. Иерархичность во взаимоотношениях всегда остается. Иерархичность на самом деле значит только одно – ответственность на мне. Даже когда я понимаю, что ребенок взрослый и какую-то часть ответственности за отношения он несет, все равно ответственность в большей степени на мне: я как родитель о нем забочусь, отвечаю на его потребности. И не наоборот. Это тоже дает большой простор для каких-то изменений.

Это значит, что даже во взрослом возрасте мы много чего можем сделать, даже когда у нас не очень складываются взаимоотношения с ребенком. Если мы по-прежнему родители, мы можем как-то отвечать на потребности ребенка. Как на них можно отвечать? Что можно сделать? Исходя из иерархичности мы можем закрывать потребности ребенка, даже когда он обижается, капризничает и так далее. Как с маленьким ребенком. Какие потребности? Во-первых, можно закрывать потребность в любви, принятии, теплой поддержке. Еще есть потребности в границах; возможно, они не были удовлетворены в свое время – и можно закрывать эти потребности сейчас.

– А финансовые потребности можно закрывать?

– Нет, финансовые потребности – это другая история. К потребностям это не имеет отношения. Говоря простыми словами, если я как родитель раньше не уважал границы ребенка, нарушал их (и поэтому ребенок сейчас выстроил заборище и держит двери закрытыми), то надо сейчас начать уважать эти границы и дать этому время. И это то, как мы можем влиять на ребенка.

Еще у наших взрослых детей иногда сохраняется потребность в том, чтобы их любили, им сочувствовали, помогали, уважали их границы. Но самая главная потребность у взрослых детей на самом деле другая – чтобы родители отпустили и благословили их взрослый путь с уважением. Это самая главная потребность выросших детей. И это то, что мы как родители точно можем давать нашим детям: с уважением, радостью, восхищением относиться к тем успехам, которые есть в их взрослой родительской жизни. И это будет хорошо для того, чтобы закрывать их потребности.

Например, я вижу, что моя дочь пытается справиться со своими детьми, но у нее плохо получается. Я могу начать ее критиковать, а могу увидеть что-то хорошее и сказать: «Как здорово у тебя вот здесь получилось! Ничего себе, ты уже такая мама!» И это будет ответ на ее потребности. «У тебя получается, ты можешь быть родителем, я тобой восхищаюсь, я тобой горжусь». Это то, что нашим взрослым детям необходимо от нас слышать. Это актуальная потребность взрослых детей. И когда дети выросли, у нас по-прежнему остается возможность на эту потребность отвечать.

– А что касается советов и критики? Если у бабушки с дедушкой все кипит и им очень хочется дать какой-то совет (как им кажется, правильный) или вступить в диалог и что-то объяснить?

– Нужно заниматься собой. Это как раз следующий совет. Заниматься собой не очень просто, когда твои дети выпорхнули из гнезда. Нужно выстраивать отношения со своим партнером, если он есть. Найти себе дело по душе. И так далее. Это будет тоже большой вклад в своих детей. Заняться собой и показать, что можно быть счастливым пожилым человеком.

Нам много чего придется принимать такого, на что мы уже не можем повлиять, когда наши дети выросли и все идет не так, как нам хотелось бы. Даже если мы были очень хорошими родителями, наши взрослые дети все равно делают какой-то свой выбор, и мы не можем на это повлиять. Они могут делать свои ошибки. Они же все-таки отдельные личности, могут выбирать что-то свое. И нам придется принимать много какой-то грусти. И это тоже будет вклад в наши взаимоотношения.

Мне хочется закончить ярким клиентским примером, который остался в моей памяти. Не так часто обращаются ко мне люди в возрасте 60 лет. Для них это непривычно, и мозг уже обычно не такой гибкий в этом возрасте. Но иногда обращаются. И я всегда с большим уважением, восхищением к этому отношусь. Мне вспоминается женщина, которая жила в Израиле. За границей по-прежнему люди считают себя более молодыми в этом возрасте. Хотя и у нас тоже ситуация меняется. Обратилась женщина 60 лет с очень сложной, грустной ситуацией. Муж алкоголик, последняя стадия, хуже некуда. Один ребенок выстроил дистанцию и совсем не общается, другой ребенок зависимый, не выходит из дома, не работает, сидит в компьютере целыми днями. Очень грустная история. Конечно же, у такого человека обычно своя история серьезных травм. Не просто так человек выстраивает такую жизнь. Если заглянуть вглубь, там много-много собственной боли и каких-то способов с ней справиться.

Что эта женщина может сделать, когда один ребенок вообще с ней не общается, другой сидит в компьютере и на это никак не повлиять? Она ходила на психотерапию, менялась, ходила в группу анонимных алкоголиков, где занималась по 12-шаговой программе. И она говорила: «Я не могу ничего сделать с этой ситуацией, это то, на что я не могу повлиять. Единственное, на что я могу повлиять, – даже в этом возрасте, даже в такой ситуации работать над собой и расти. И если мои дети в какой-то момент захотят что-то изменить, они увидят этот пример, и, может быть, это откроет им какие-то дороги. Они поймут, что в любом возрасте можно меняться, находить для себя новые смыслы и двигаться дальше».

Это прекрасный пример. Я оставила его в своем сердце. В такой тяжелой ситуации это действительно дорога, это единственное, что она может сделать, и это большой подарок ее детям, которые, может быть, в какой-то момент созреют и увидят, какая их мама молодец, смелая, мужественная женщина, готовая меняться даже в такой сложной ситуации и в таком возрасте.

– Действительно, оптимистичная история. Она была бы еще оптимистичнее, если бы Вы сказали, что и дети вслед за ней изменились. Но, видимо, такого сказочного конца все-таки не произошло или Вы о нем не знаете. Но то, что мы в любой ситуации можем что-то сделать, обнадеживает. Я благодарю Вас за участие в нашей передаче, за те советы, которые Вы дали. 

Автор и ведущая программы Марина Ланская