У книжной полки. Василий Никифоров-Волгин. Пешком на Небо

Василий Никифоров-Волгин. Еще совсем недавно имя этого писателя мало кому было известно в России. О нём просто не знали. И вот в печати стали появляться замечательные произведения Василия Акимовича - трогательные, согретые жаром православной души, пронизанные тихим светом и лиризмом. Заветная книга его рассказов сразу же вошла в ряд самых любимых, без которых не обходится ни один благочестивый читатель. А детям уже полюбились его рассказы, где мир Православия мы видим глазами ребенка. И сегодня мы предлагаем вашему вниманию книгу, в которой представлены разные произведения Никифорова-Волгина. Она вышла в свет в издательстве «Апостол веры» и называется «Пешком на Небо».

***

1. Василий Акимович Никифоров-Волгин является одним из ярчайших писателей русского Зарубежья 20–30-х годов прошлого столетия. Родился он 24 декабря 1900 года в деревне Маркуши Тверской губернии, в бедной, очень религиозной семье. Свое детство мальчик провел на берегу реки Волги, а потом семья переехала в Нарву. Василий окончил церковно-приходское училище, до 1932 года был псаломщиком в Спасо-Преображенском соборе. Уже тогда его выделили на конкурсе молодых авторов за рассказ «Земной поклон». Позже, в Таллине, куда он переезжает в 1936 году, Никифоров-Волгин становится домашним учителем в белоэмигрантской семье.

2. После присоединения Эстонии к Советскому Союзу писатель - к тому времени уже автор двух сборников прозы, имевших большой успех у читателей, - работает сторожем на судоремонтном заводе. Никифорову-Волгину суждено было прожить всего девять дней счастливой семейной жизни: 15 мая 1941 года состоялась свадьба Василия Акимовича и Марии Благочиновой, а 24 мая его арестовали, отправили по этапу в Киров и приговорили к расстрелу. Такова краткая биография писателя. По воспоминаниям хорошо знавших его людей, он был удивительно добрым, сердечным, отзывчивым человеком. Почти никогда ни с кем не ссорился, старался никогда никого не обидеть. А главное -  был глубоко верующим человеком, и это, прежде всего, определяло его мировосприятие.

3. По его искреннему убеждению, основой всей нашей морали может быть только религия, только вера в Бога. Он как бы сосредоточился на немногих темах – это судьба Православной Церкви, жизнь духовенства в прежней и в советской России, мир верующих, связанный со старой Русью. Эта глубинная связь писателя с оставленной родиной находит свое отражение в псевдониме Василия Акимовича – Волгин, который он добавил к родовой фамилии - Никифоров. Церковную жизнь писатель изображает точно, достоверно, с любовью. Он умеет воссоздать все мелочи, в том числе и бытовые, и вместе с тем передать дух и красоту этого мира.

4. Критик Петр Пильский справедливо писал, что всё творчество Василия Никифорова-Волгина — «это искренняя исповедь писателя, отражение и отзвук исканий Бога, чистая, горняя мечта по некоему невидимому граду благодати и успокоения. Знает и ценит Никифоров лучших представителей православного духовенства, понимает, что последние годы бросили на их плечи непомерную тяжесть, огромное горе, ливни жалоб и слёз». Русские писатели 20 века не так часто обращались к этим темам. Мир Церкви казался им чем-то привычным, устоявшимся, не очень интересным. Русская демократическая интеллигенция смотрела на Церковь как на нечто ретроградно-устарелое, видела только обрядовую сторону. Религиозное возрождение конца 19 - начала 20 века охватило прежде всего сферу философскую и мало коснулось собственно церковной стороны православия.

5. Положение коренным образом меняется в послереволюционный период в эмиграции. Начинается возврат к Православной Церкви. Усиление религиозных настроений в эмигрантской среде было реакцией на ужасы пережитого, возвращением к национальной культурной и духовной традиции. «Только храм остался для нас единственным уголком Святой Руси, где чувствуешь себя пригретым и обласканным», — писал Василий Никифоров-Волгин.  Однако мир Церкви и верующих не так часто изображался и в русской зарубежной литературе. Он представлен в творчестве Бориса Зайцева и Ивана Шмелева, писателей, которых Василий Акимович хорошо знал и любил и с которыми его нередко сравнивали в критике, но которых он всё же не повторял.

6. Как немногим русским писателям, Никифорову-Волгину удалось передать религиозное чувство ребёнка, дух христианского просветления, внутреннего очищения, радости от праздника. Так, например, эту книгу открывают воспоминания писателя о Великом посте. Здесь мы читаем: «Редкий великопостный звон разбивает скованное морозом солнечное утро, и оно будто бы рассыпается от колокольных ударов на мелкие снежные крупинки. Под ногами скрипит снег, как новые сапоги, которые я обуваю по праздникам. Чистый Понедельник. Мать послала меня в церковь «к часам» и сказала с тихой строгостью: «Пост да молитва небо отворяют!» Иду через базар. Он пахнет Великим постом: редька, капуста, огурцы, сушеные грибы, баранки, снитки, постный сахар…

7. От мороза голубой дым стоит над базаром. Увидел в руке проходившего мальчишки прутик вербы, и сердце охватила знобкая радость: скоро весна, скоро Пасха и от мороза только ручейки останутся! В церкви прохладно и голубовато, как в снежном утреннем лесу. Из алтаря вышел священник в черной епитрахили и произнес никогда не слыханные слова: ««Господи, Иже Пресвятаго Твоего Духа в третий час апостолом Твоим низпославый, Того, Благий, не отыми от нас, но обнови нас, молящих Ти ся…» Все опустились на колени, и лица молящихся, как у предстоящих перед Господом на картине «Страшный суд». И даже у купца Бабкина, который побоями вогнал жену в гроб и никому не отпускает товар в долг, губы дрожат от молитвы и на выпуклых глазах слезы.

8. Около распятия стоит чиновник Остряков и тоже крестится, а на масленице похвалялся моему отцу, что он, как образованный, не имеет права верить в Бога. Все молятся, и только церковный староста звенит медяками у свечного ящика. Обед в этот день был необычайный: редька, грибная похлебка, гречневая каша без масла и чай яблочный. Перед тем как сесть за стол, долго крестились перед иконами. Обедал у нас нищий старичок Яков, и он сказывал: «В монастырях по правилам святых отцов на Великий пост положено сухоястие, хлеб да вода… А святой Ерм со своими учениками вкушали пищу единожды в день и только вечером…» Я задумался над словами Якова и перестал есть. «Ты что не ешь?» — спросила мать. Я нахмурился и ответил басом, исподлобья: «Хочу быть святым Ермом!» Все улыбнулись, а дедушка Яков погладил меня по голове и сказал: «Ишь ты, какой восприемный!» Постная похлебка так хорошо пахла, что я не сдержался и стал есть; дохлебал ее до конца и попросил еще тарелку, да погуще».

***

В эту книгу вошли рассказы о детстве, опубликованные при жизни писателя в сборниках «Земля именинница» и «Дорожный посох», а также рассказы разных лет, не включённые в эти издания. В своих рассказах Василий Никифоров-Волгин воссоздаёт традиции и обычаи русской деревни, утраченные в годы революции. Перед читателями предстаёт вереница удивительных образов русских людей: кающиеся преступники, обездоленные священники, нищие и святые, которые идут по земле-имениннице, сливающейся с Небом. Сам Василий Акимович не задержался долго на любимой земле, а ушел в вечность 14 декабря 1941 года, оставив нам свои произведения.