Свет невечерний. С котёнком за пазухой

Как-то в музее древних икон в Ярославском кремле я увидел очень популярное в XVII веке старинное изображение на псаломский стих «Всякое дыхание да хвалит Господа». Мне всегда радостно видеть такие образа, потому что на них совершенно неожиданные фигуры, прежде всего животных, которых нечасто увидишь на иконах. Мы на иконах видим только лошадок, на которых разъезжают Георгий Победоносец, например, или братья Борис и Глеб. Можно к этому зверинцу отнести, пожалуй, и дракона, которого поражает великомученик Георгий. Есть изображение преподобного Герасима со львом. Есть изображение преподобного Серафима Саровского с медведем.

На иконе «Всякое дыхание да хвалит Господа» удивительные звери: и лошадки, и олени, и верблюды, и собачки, и даже что-то вроде кота, в левом углу иконы выглядывает из пещеры кентавр, а с другой стороны, рядом с огненным змеем, молится и смотрит на славу Божию русалка. Невероятный образ, который нас призывает благословлять все живое. Может быть, иногда нам что-то кажется неуместным и даже лишним в бытии, но это есть, и если что-то на свете существует, значит, Господь это любит.

Для христиан, особенно для монахов, посольством мира животных в нашем человеческом мире являются прежде всего собаки и кошки. В большей степени кошки, потому что они  не являются опасными для человека. Всегда при мужских и женских монастырях очень много кошек, котят. На Афоне они вообще ценятся очень высоко; к ним там относятся с большим уважением, потому что коты ловят афонских змей, чем спасают подвижников от неожиданной опасности.

Тем не менее кошек мы на иконах не увидим. Почти нет таких изображений. Хотя если бы кто-то взялся писать образ юродивой Евдокии, которая жила в Туле, наверняка ему пришлось бы изобразить эту святую с котенком за пазухой. Потому что именно так блаженная Евдокия ходила по своему родному городу: с котенком за пазухой. Даже осталась фотография, где эта юродивая сидит на стульчике – и у нее из-за пазухи выглядывает мордочка малюсенького котенка.

Юродивая Евдокия была современницей батюшки Амвросия Оптинского. Она была дочерью тульского оружейника. Юность ее прошла спокойно, непримечательно. Она отличалась удивительной красотой, которая видна даже на фотографии, где она запечатлена уже довольно пожилой женщиной, тем не менее следы прежней красоты бросаются в глаза.

Эта девушка пережила в своей жизни то, что можно назвать призывом на особое служение Божие. По обычаю того времени она, будучи уже взрослой, со своими подругами отправилась в паломничество. Моя прабабушка тоже отдала дань этому обычаю и со своими подругами, достигнув совершеннолетия, пешком ходила в Киев. Так было принято в те времена. Евдокия из Тулы отправилась со своими подругами на Соловки поклониться великим чудотворцам Зосиме и Савватию.

Возвращаясь после этого удивительного паломничества, которое произвело на нее сильнейшее впечатление, она несколько дней ничего не ела, потому что совсем истратилась на эту дальнюю дорогу. Она шла по городу и плакала. До дома было еще далеко; попросить было стыдно – она все-таки приличная девушка, хорошо одетая, из хорошей семьи. Она шла и плакала от голода и огорчения.

И вдруг какой-то юноша подошел к ней, протянул деньги и скрылся. Самое удивительное, что, несмотря на то что Евдокия шла вместе с подругами, этого юношу никто не заметил, не увидел. Она спрашивала: «Видели вы мальчика, который мне деньги протянул?» Отвечали: «Нет, никто к нам не подходил». Она приняла это за знак свыше, поняла, что это ангел Божий к ней пришел и передал знак от Господа.

Вернувшись домой после этого паломничества, Евдокия приняла решение уйти в монастырь. Ей дали первое послушание – ухаживать за немощными старушками. По свидетельству сестер, которые трудились с ней рядом в этой обители, она была усерднейшей послушницей, кроткой, молчаливой, очень аккуратной и ответственной.

Спустя несколько лет после вступления в монастырь, она взяла на себя подвиг юродства. Такой подвиг человек берет на себя не без призыва Божьего. Мы не знаем, как это происходит, потому что юродивые – это пророки своего времени, они изъясняются только знаками. Блаженная Евдокия начала абсолютно постническую жизнь, питалась сырой крупой. Она переселилась на чердак и прожила там 17 лет, чердак не топился, был холодным. Она босиком ходила по улицам в зимнее время года. Это удивительно!

Но люди заметили, что она не просто дурочка, не просто девушка, которая вдруг спятила. Она начала говорить какие-то вещи, которые сбывались. Она предсказывала будущее, давала советы, и многие из ее почитателей запомнили удивительный дар слова, который был ей свойствен, но который открывался только в присутствии определенных людей. Она могла часами вдохновенно говорить о Господе, Священном Писании, говорила ровно, гладко, канонично, сказали бы мы сейчас, но только определенным слушателям, которые были готовы ее услышать и распознать.

Удивительно то, что она очень любила кошек. Когда кто-то из ее почитателей приносил ей поесть или что-то из одежды, она не принимала никаких приношений. Абсолютно ни у кого она никогда не брала в руки ни денег, ни даже вещей. Но если приносили кошки, она это все-таки брала.

В конце жизни один из почитателей выстроил ей каменную келью, но и поселившись там, она ни разу не затопила печь. Она набрала целую келью кур и голубей и кормила там эту живность, отпугивая праздных посетителей, которые хотели поговорить или подивиться на странную блаженную, которую все почитали.

Но что запомнили больше всего ее современники, за которыми на самом деле она присматривала, молитвенно их благословляла и своей молитвой охраняла, – ее удивительную доброту и милосердие. В юности, придя в монастырь, она ухаживала за бедными старушками. Всю жизнь она трудилась, вышивая сестрам шапочки, башмачки. После ее ухода из жизни остался как будто бы какой-то след кротости, необыкновенного смирения и доброты.

Человек оставляет после себя какой-то характерный почерк, аромат. И даже сейчас, когда мы читаем жизнеописание этой юродивой или смотрим на фотографию, где она с котенком за пазухой, чувствуется удивительная тишина и кротость. Это исходит от икон и житий древних подвижников.

На самом деле в каждом поколении христиан есть свои подвижники, молитвенники, трудами которых наша жизнь, наша земля, наше поколение все еще существуют.