Православный взгляд. Беседа с митрополитом Томским и Асиновским Ростиславом

– Владыка, буквально через несколько дней Томск вновь отметит память святого старца Феодора Томского. В связи с этим я предлагаю поговорить не только о старце Феодоре, но и всех томских святых.

– Конечно, каждый город, каждая земля могут считать себя святыми, если на этой территории, в этом населенном пункте жили какие-то подвижники. Потому что они становятся особыми молитвенниками, покровителями за эту землю, за это место. И Томская земля также богата своими подвижниками благочестия. Одного из них Вы упомянули. Это святой старец Феодор Томский. Дважды в год мы совершаем в честь его празднования. Один день – это день его памяти, так называемый зимний праздник. А 2 февраля – день кончины старца Феодора.

Но православные люди день кончины не считают каким-то днем траурным или трагическим. Это тот день, когда человек, завершив свой земной путь, идет к Богу, когда подводятся своего рода итоги жизненного подвига человека. Поэтому всегда это день духовного торжества. И поэтому память святых – это день их кончины. И вот 2 февраля мы всегда совершаем день памяти старца Феодора. Что же касается 5 июля, праздник которого на днях будет, это день обретения мощей святого старца. Он был похоронен в томском Богородице-Алексиевском монастыре. Над его могилой чуть позднее была воздвигнута часовня.

В советское время, к сожалению, часовня была разрушена. Могила старца Феодора, видимо, когда-то вскрывалась. Но в 1995 году, кажется, состоялось обретение мощей старца, когда его останки были из земли изнесены, положены в особой гробнице в Казанском храме Богородице-Алексиевского монастыря. И вот в честь этого и установлен местный праздник обретения мощей святого старца. В этот день обычно много людей прибывает на Томскую землю в качестве паломников. Это и сибиряки из разных регионов Сибири, и люди из Центральной России. До недавнего времени, когда логистика международная функционировала значительно лучше, приезжали неоднократно даже люди из дальнего зарубежья для того, чтобы принять участие в этих торжествах.

К дню памяти старца Феодора из некоторых сибирских регионов, Мариинской епархии, из Анжеро-Судженска уже в течение многих лет направляется пеший крестный ход, когда паломники несколько дней идут сюда для того, чтобы внутренне еще и подготовиться, созреть для этой духовной благодатной встречи со старцем Феодором, который является, наверное, самым известным далеко за пределами Томской земли, святым нашим, которого очень-очень почитают во всех регионах. Но кроме старца Феодора здесь подвизалось много других подвижников благочестия.

Не могу умолчать о святителе Макарии (Невском), столетие со дня преставления которого в этом году отмечает Русская Православная Церковь в целом, и особенно торжественно память его празднуется в нашем Сибирском регионе, там, где он служил большую часть своей жизни, будь то Алтай или те регионы, которые входили тогда в обширнейшую епархию, что возглавлял святитель Макарий. А ведь первый титул, который получил святитель Макарий, став правящим архиереем: епископ Томский и Семипалатинский. Даже некоторые регионы Казахстана тогда входили в эту епархию святителя Макария.

И там его, кстати, тоже очень и очень чтут. И при жизни его современники часто называли живым русским святым. Они чувствовали, что святитель Макарий переполнен духовными дарованиями, которыми щедро наделил его Господь, и даром молитвенности. Молитва святителя Макария была очень сильна, и люди просили всегда его помолиться о них, тогда, когда они переживали какой-то особый, трудный период своей жизни. И молитва святителя Макария, как правило, всегда была услышана Богом, Господь по его молитве благословлял и помогал преодолеть трудности тем и другим людям.

Он был ревностным служителем алтаря Господня, он любил Церковь Христову, любил Русскую землю. И после его кончины в Томске его особенно почитают в силу того, что с томичами в 1912 году он заключил особый завет. Святитель Макарий говорит: «Если вы пообещаете молитвенно никогда не забывать меня, я никогда в молитвах не забуду вас». И тогда вся его паства, радуясь, подтвердила, что готова к этому завету. И в наши дни мы продолжаем чтить его память, молитвенно не забываем его, и он уже теперь на небесах перед Престолом Божиим не забывает в своих молитвах нас. И в этом тоже, наверное, причина глубокого, трепетного почитания святителя Макария (Невского) в сибирских регионах и по всей Русской Церкви.

Среди других подвижников Томской земли, конечно же, не могу умолчать о блаженной Домне Томской. Это местная Христа ради юродивая. Она среди местночтимых святых, но достаточно широко известна не только в Томской епархии, но и за ее пределами. Подвиг Христа ради юродства – это подвиг, по сути, высоты смирения, когда многие подвижники свои какие-то чрезвычайные духовные подвиги, подвижничество, молитву, другие добродетели скрывают под внешней личиной безумия. И одной из таких подвижниц была святая блаженная Домна Томская. Не буду сейчас упоминать какие-то конкретные случаи из ее жизни. Мы в наших передачах, помнится, не один раз об этом говорили. Но она вот тоже одна из ярких подвижниц нашей земли и молитвенница перед Престолом Божиим за нашу землю.

Среди святых – совсем юный делатель Иисусовой молитвы, умного делания, святой Петр Томский, который был мирянином, был молодым человеком и ушел в вечность, призванный туда Господом в достаточно молодые годы. Но под руководством своего духовного отца он достиг глубокой молитвы Иисусовой, поэтому он тоже почитается.

Среди святых нашего региона много тех, кто отдал свою жизнь за веру, за проповедь Евангелия в суровые советские годы, когда на Церковь было воздвигнуто сильное гонение. Конечно, это гонение в первую очередь было обрушено на самых ревностных священнослужителей и мирян Русской Православной Церкви. Вот среди особо известных святых новомучеников Церкви Русской, которые жили в Томске, была святая мученица Татьяна Томская. Ее фамилия Гримблит. Это человек творческий; она была поэтессой. Кроме того, человек очень милосердный. Будучи свидетельницей того, как многие священники, миряне, ее братья, сестры, духовные отцы оказались в заключении, она не спряталась, не попыталась как-то дистанцироваться от этого. Она организовывала помощь этим людям, собирала теплые вещи, продукты питания, посещала находившихся в сталинских застенках людей. Этим она обратила на себя внимание. Была тоже арестована, отправлена в Москву, где после допросов и пыток была расстреляна на Бутовском полигоне. Она причислена к лику святых новомучеников земли Русской.

Есть много других подвижников, которые также либо мученически закончили свой земной путь, либо находились в ссылках, в заключении. Среди них, например, святитель Агафангел (Преображенский), митрополит Ярославский – один из ярчайших иерархов Русской Православной Церкви первой половины XX века. Будучи еще молодым священнослужителем, иеромонахом, он в 1886 году получил назначение инспектором Томской духовной семинарии. В те времена это то же самое, что в наше время проректор по воспитательной работе. Два года занимался воспитанием воспитанников Томской духовной семинарии. И поэтому его жизненный путь тогда уже прошел через наш город, через нашу епархию. И уже тогда Томск для святителя Агафангела стал небезразличным. А потом Господь привел его сюда второй раз уже в 1922 году, после революции, когда на него были обрушены гонения утвердившейся советской власти. Он отправляется в ссылку в Нарымский край и через Томскую землю едет и отбывает в течение нескольких лет ссылку в Колпашево. И тем самым тоже своими молитвами, своим присутствием освящает Томскую землю.

Таких подвижников достаточно много на нашей земле. И очень важно, чтобы мы, ныне живущие, не забывали тех, кто был здесь и просиял подвигами и духовной жизнью. Сейчас они на небесах, перед Престолом Божиим. Но для того, чтобы нам получить некую пользу от их молитвы, нужно их не забывать. Ученик преподобного Сергия Епифаний Премудрый, начиная писать житие преподобного Сергия, написал такие слова. «Житие мужа свята аще написано будет, то от того великая есть польза и читателям, и писателям, и слушателям». То есть он говорит, что, взирая на подвиг жизни святых, мы должны по их образцу выстраивать и нашу духовную жизнь. Учиться любить Бога так, как любили они. Учиться быть верными сынами своего Отечества точно так же, как это делали они. Прилежать к духовной жизни, борясь со страстями, пороками, грехами в своей жизни и приобретая добродетели, делать это так, как делали они. Ведь всегда трудно идти первым по какому-то пути. Но по этому пути уже прошли другие, которые проторили дорожку, которые показали нам путь, а это как раз святые угодники Божии. И когда мы изучаем их жизнь, не забываем их память, мы приобретаем большую пользу духовную.

– Владыка, наверняка святых на Томской земле гораздо больше, чем известно нам. Они, конечно, открыты для Бога, Господь их знает, но они скрыты от людских знаний. Идет ли какая-то исследовательская работа, чтобы кто-то еще из живших на Томской земле был причислен к лику святых?

– Этот вопрос никак не влияет на святость людей. Не только на Томской земле, а вообще в мире есть огромное количество подвижников, имена которых никто не знает и которые только в памяти Бога. Так было и в Древней Церкви. Например, мы празднуем память тысяч сожженных мучеников. Конечно, по именам мы их не можем перечислить, но наверняка они у Бога в лике святых. Поэтому тайных подвижников Божьих, которые, казалось бы, вели совершенно обычный образ жизни, а на самом деле были великими подвижниками Божьими, достаточно много.

Вспомним теперь уже хорошо известного во всем мире святого преподобного Алексия, человека Божия, которого почитают и в Православной Церкви, и даже в Западной, Католической Церкви. Внешне он выглядел как нищий. Его приютили в доме одного римского патриция. Когда над Римом нависли тучи гнева Божия, бедствие готово было разразиться, и римские епископы, все жители Рима собрались в храме и стали молиться Богу об отвращении этого гнева от Рима, и они услышали голос, что Господь этот гнев отведет, если помолится о Риме праведник, который живет в доме патриция. Никто не мог долгое время понять, кто же он такой. Когда к патрицию пришли и сказали, кто тут святой, все говорили: нет у нас тут никаких святых, все мы живем достаточно мирской и далекой от идеала жизнью. А потом вдруг вспомнили, что есть нищий, который и посты соблюдает, и молится. Только тогда выявилась святость этого человека. И таких тайных подвижников очень много.

Иногда между днем кончины и прославлением, канонизацией святого проходит не один год, даже не одно десятилетие, а иногда не одно столетие. Например, всегда почитавшийся как подвижник известный иконописец Русской Церкви преподобный Андрей Рублев жил в XV веке. А причислен к лику святых был только в 1988 году на Соборе, который был посвящен 1000-летию Крещения Руси. Прошло почти шесть столетий. И таких подвижников достаточно много. Не мы прославляем. Прославляет Господь тогда, когда это необходимо.

Но это не мешает вести исследовательскую работу. Не для того, чтобы искусственно кого-то подтянуть под канонизацию, а потому, что вглядываться в нашу духовную и церковную историю – это тоже весьма благодатное и нужное дело. Поэтому, конечно, изучаются архивные материалы, особенно те, что касаются исследования жизни и подвига новомучеников и исповедников, которых Русская Церковь дала в таком множестве в XX веке. К сожалению, еще не так много времени прошло от того периода. Исследователи успели многие дела изучить и действительно были поражены высотой и святостью тех, кто готов был отдать свою жизнь за веру православную, за Церковь в те трагические годы.

К сожалению, тогда не все дела были досконально изучены, а у Комиссии по канонизации святых в Русской Православной Церкви есть принцип работы: прежде чем вынести на решение собора вопрос о канонизации того или другого святого, должно быть изучено тщательно его житие. Сейчас многие архивы недоступны для исследователей. Они доступны только для близких родственников этих пострадавших. Поэтому здесь работа немножко затруднена. Но вопрос с прославлением святых – это не тот вопрос, который требует какой-то поспешности, как я привел пример с преподобным Андреем Рублевым.

Но никто не мешал к нему с благоговением относиться на протяжении шести столетий, а потом он был причислен к лику святых. Есть некоторые святые, которых прославляли, а потом в силу определенных сложных условий на время как бы приостанавливали их прославление. Это святая преподобная Анна Кашинская, которая была причислена к лику святых еще в XVII веке. Но начался старообрядческий раскол, а княгиня Анна Кашинская, ее мощи сохранились нетленными, и она лежала во гробе с перстами, сложенными для крестного знамения, с двуперстием. Поскольку это был вопрос идеологический, на время, так сказать, было приостановлено ее почитание. И только в XX веке, когда эти вопросы утратили свою остроту, снова были обретены ее мощи, состоялось второе прославление святой благоверной княгини Анны Кашинской. История знает и такие случаи.

Исследования ведутся. Думаю, что чем больше мы вглядываемся в подвиг наших подвижников благочестия, тем больше и больше у нас есть стимул подражать их жизни.

– Владыка, давайте перейдем ко второй части нашей программы. Четвертого июля – обретение мощей преподобного Максима Грека.

– Его канонизация произошла в 1988 году на Соборе, который был посвящен 1000-летию Крещения Руси. Хотя иконы этого подвижника известны с глубокой древности. Есть иконы Максима Грека и XVII, и XVIII веков. Он всегда почитался в Церкви. В Троице-Сергиевой лавре он закончил свой земной путь и был похоронен рядом с Духовской церковью.

Помню, в детстве там раньше службы крайне редко совершались, и на стене была фреска, изображение преподобного Максима Грека, которое было выполнено еще задолго до его канонизации. Он был греком по национальности, был монахом Святой Горы Афон. Есть на Афоне монастырь Ватопед. На Руси этот монастырь хорошо теперь известен, потому что в этом монастыре хранится бесценная древняя реликвия – пояс Пресвятой Богородицы. Несколько лет назад он привозился в Россию. Огромное количество людей (более трех миллионов) за дни пребывания пояса успели к нему подойти и приложиться. В этом монастыре подвизался преподобный Максим Грек.

Во время правления Ивана Грозного на Руси велась активная работа по книжной справе. Дело в том, что тогда стало появляться книгопечатание, а до того книги были только рукописные. А когда книги рукописные, понятно, что в них вкрадывается много ошибок, которые допускали иногда переписчики. А потом те, кто пользовался уже их вариантом, не только транслировали эти ошибки, а иногда на них накладывали и новые ошибки. Поэтому была необходимость книжной справы, то есть выявления этих ошибок, исправления этих книг. Нужно было их сверять, в том числе и по греческим оригиналам. Для этого требовались ученые люди. Такие люди были найдены среди духовенства Русской Православной Церкви, но пригласили и, как бы сейчас сказали, иностранных специалистов. Обратились в Ватопедский монастырь. Там жил ученый монах, подвижник Максим Грек, который прибыл на Русь и помогал заниматься вопросами книжной справы.

Настоящие подвижники очень часто подвергаются зависти со стороны каких-то недоброжелателей. Когда кто-то несет подвижнические труды, а другой не несет, у этого человека два варианта. Либо самому взяться за свою духовную жизнь, вдохновляясь подвигом вот этого человека, либо пребывать в беспечности, но тому человеку навредить. У преподобного Максима появилось много недоброжелателей. Его стали обвинять якобы в специальной, преднамеренной порче книг. Якобы он занимается не столько исправлением книг, сколько внесением в них ложных, еретических мыслей. Кроме того, его стали обвинять и якобы в политической неблагонадежности.

Царь Иван Грозный, как известно, к вопросам политической неблагонадежности относился очень трепетно, поэтому, не до конца разобравшись, весь гнев обрушил на Максима Грека. Государственная машина того времени заработала: он был лишен всех должностей, которые тогда занимал. Его не отправили на родину, а заточили в подземелье монастыря, где он томился долгое время (Отроч монастырь в Твери). Его не выпускали оттуда, держали в очень суровых условиях. И что для него особенно было тягостно, он не имел возможности читать. Ему не давали письменных принадлежностей, не давали ему и писать. И единственное, чем он мог воспользоваться, это углем из печки, которую он топил в этой полуподвальной келье. На стене этой кельи по штукатурке угольками он написал удивительный канон Святому Духу, Утешителю. Это одно из ярчайших произведений подвижника преподобного Максима Грека.

Святитель Макарий, митрополит Московский (Макарий Чудный, как его называют, или Древний; его нужно отличать от нашего томского подвижника Макария (Невского)), жил в XVI веке и был одно время духовником Иоанна Грозного. Понимая, что Максим Грек невинно страдает, он пытается за него заступиться. Но все его попытки как-то ходатайствовать перед царем, добиться его реабилитации, оправдания не увенчаются успехом. И он пишет письмо Максиму Греку, в котором произносит такие слова: «И узы твои, и страдания твои нам известны. Узы твои мы целуем, помочь же тебе ничем не можем».

Протомившись в этих застенках долгие годы, Максим Грек уже на исходе своей жизни получает некое послабление. Ему разрешают перебраться в Троице-Сергиеву лавру, где он уже не подвергается таким тяжким гонениям и жесткому преследованию. И доживает он, по сути, свой век в молитвах, в трудах. И после своей кончины там, на территории Сергиевой обители, он и сподобляется погребения. И когда состоялось его прославление в Русской Православной Церкви в 1988 году, очень порадовались этому и греки, особенно монахи, насельники Ватопедского монастыря, потому что они всегда считали его не только подвижником Русской Церкви, но и своим собственным покровителем, молитвенником. По благословению покойного патриарха Алексия II была отделена частица мощей преподобного Максима Грека и отправлена в Грецию. И теперь часть его мощей находится и в Ватопеде – в той обители, где он начинал свой монашеский путь.

Ведущий Виталий Степкин