Православная азбука. Защита семьи. Беседа со священником Борисом Бурлаковым

17 ноября 2025 г.

Главная » Передачи » «Православная азбука» (Саратов)

В наше время институт семьи переживает тяжелейший кризис, число разводов неуклонно растет, а рождаемость падает. Многие даже уверены, что в скором времени традиционная семья уйдет в прошлое. Православная Церковь не остается в стороне от этой проблемы и активно ищет пути ее решения. Как может помочь спасти семью опыт христианства? Об этом мы сегодня поговорим с гостем нашей студии священником Борисом Бурлаковым.

– Вы руководите работой Отдела по защите семьи, материнства и детства Саратовской епархии. От чего сегодня нужно защищать семью, материнство и детство? И почему Православная Церковь считает это своей задачей?

– Сейчас идет если не война идеологий, то борьба мировоззрений. Создать семью или пожить для себя? Заключить брак или жить вместе, не расписываясь? Что делать с ребенком в утробе: убить его или дать возможность родиться? Главная задача нашего отдела – борьба с абортами, мы выступаем за то, чтобы наших детей не убивали в утробе. Это сложная задача, безусловно, и ее решение возможно только при консолидации почти всех сил, не только Церкви.

– Сегодня, когда люди решают, заключить брак или пожить для себя; избавиться от ребенка или сохранить его, – на что они больше ориентируются в мировоззренческом плане?

– Если мы говорим о невоцерковленной молодежи, сейчас модель такая: парень и девушка друг другу понравились, вроде сошлись характерами, пожили вместе, зарегистрировали брак, а дальше – как пойдет. Получилось сохранить брак – хорошо. Но чаще всего сохранить брак не получается, поэтому у нас гигантский процент разводов.

Почему молодые семьи разводятся? Прежде всего из-за нежелания жить так, как надо. Люди хотят жить эмоциями и своими желаниями. Допустим, жена беременная, так почему я не могу изменить ей? Наказания ведь за это никакого нет. Да, семья распадется, но кто об этом будет думать? Ведь если очень хочется, то можно.

Для нас, православных людей, это кажется странным, но это абсолютно не так для человека, который живет как хочет, живет эмоциями, которому родители не заложили понятия морали и нравственности.

Одна из самых частых проблем, с которыми приходят к семейному психологу, – это измены. Измен просто гигантское количество. По статистике на 2021 год около 70% мужчин и 40% женщин изменяют. О каком доверии друг другу может вообще идти речь, о каких счастливых семьях, о каких браках? Измена не считается в обществе чем-то критичным, порицаемым. Человек не умеет держать свои страсти в узде, действует так, как ему хочется.

– Если сравнить мировоззренческую модель молодого христианина и светского человека, то в чем разница их отношения к семье?

– В наличии нравственных постулатов. Православный человек знает: изменять нельзя, жить до брака вместе нельзя. Все знают, что предавать близкого человека нельзя, но ведь измена – это самое страшное предательство, которое еще в помыслах нужно ловить. Если тебе чего-то захотелось, это не значит, что это правильно и хорошо. Поэтому человек православный сверяется с тем, что говорит Церковь, говорят заповеди Божии.

Светский человек может руководствоваться чем угодно; например, симпатией. Симпатия не рациональное явление, а эмоциональное. А все эмоциональное живет уже по каким-то своим законам, более примитивным; и в результате человек выбирает себе спутника жизни несознательно. Не все светские люди такие, но подавляющее большинство таким образом выбирает свою вторую половину; и, соответственно, жизнь в семье складывается тоже по этому принципу: что мне нравится, что мне приятно – то и хорошо. А то, что доставляет какие-то страдания, дискомфорт, – плохо.

– То есть светские люди руководствуются своими эмоциями. А чем руководствуется христианин?

– Христианин не должен руководствоваться эмоциями. Они, конечно, должны быть, но принимать решения мы должны на основании того, что правильно с точки зрения Божиих заповедей и церковных правил. Мы пытаемся действовать правильно, а когда действуем неправильно, признаем свои ошибки и каемся в них, пытаемся их исправить. Светский человек от такой обязанности как будто бы освобожден. Почему он должен каяться в чем-то, если ему этого хочется?

Но ведь семья строится не только на чувствах, но и на обязанностях. При этом важны и мои личностные качества: какой я человек, как я отношусь к жене, к детям, как коммуницирую с внешним миром. Это все оказывает влияние на семью, и, не оценив человека по этим критериям, семью создавать неправильно. А эмоциональный подход как раз говорит о том, что это все не очень важно; нравится мне человек – и это главное.

Просто выбирать человека (с которым ты будешь жить длительное время, предположительно всю жизнь), следуя порыву эмоций, – максимально странно.

– В благополучных советских семьях считалось, что родители живут для детей. Дети – это главный стержень, на котором семья держалась. Нужно сделать все для того, чтобы ребенку дать старт в жизни, как-то его пристроить. В христианской модели семьи тоже дети на первом месте?

– Нет, на первом месте – Бог. Безусловно и абсолютно. Дальше – супруг или супруга, потом – дети; и только потом – родители. Когда иерархия искажена, эта последовательность может меняться абсолютно в любом порядке. Родители могут быть на месте Бога. Ведь на месте Бога кто-то обязательно должен быть, и если там не будет Бога, там могут быть родители, дети, там могу быть я сам или моя супруга. Но это место только для Бога, и там должен быть Бог. А если складывается по-другому, то это приводит к искажениям и проблемам.

Если мы говорим о нашем материальном существовании, то на первое место выходит супруг, потому что именно с ним мы вступаем в брак, с ним мы живем, основная коммуникация с ним проходит. И счастье детей основано на трех законах. Первое условие для счастья ребенка – это то, что у него есть мама и папа. Казалось бы, что тут такого? Но то, что они просто есть, – это уже 50 % успеха. Второе условие – мама и папа должны любить друг друга. Если между ними мир и лад, то и дети счастливы. И только на третьем месте – отношение к самому ребенку. Ребенок не может быть счастлив, когда между мамой и папой не мир и лад, а скрытая или открытая война. Тогда у ребенка нет опоры, нет фундамента, и это влияет на всю его жизнь. Такой подсознательный паттерн вылезает: если родители между собой не могут договориться, значит – они не могут меня защитить, моя жизнь находится под угрозой. И ребенок не может быть спокоен в таком состоянии.

– Когда я в юности задумывалась о поиске будущего супруга, мне мама говорила: «Не важно, какие у него будут достоинства; важно, какие недостатки ты готова терпеть». И я помню, какую бурю возмущения у меня это вызывало. Как это – терпеть? Я же ищу самого эффектного, самого красивого, эмоционально близкого, чтобы было о чем поговорить. А то, что придется в семейной жизни что-то терпеть, – даже в голову не приходило в таком юном возрасте. Правильная ли установка думать о том, что ты готова терпеть в будущем муже?

– Конечно, правильная. Приведем утилитарный пример. Когда мы покупаем машину или какую-то технику, то у них есть достоинства, а есть недостатки. Если ты готов с этими недостатками мириться – бери. Не готов – не бери.

Типичное эмоциональное проявление: он мне нравится, у него такие достоинства! Он умеет пошутить, с ним весело, он никогда не дает скучать, он очень общительный! Через три года появляется ребенок, и требования к мужчине-отцу будут уже другие. Ребенок плачет, жена не спит. Что требуется в этом случае от мужа? Вряд ли понадобятся его шутки и веселье, а понадобится, наверное, его готовность оказать помощь, дать жене возможность выспаться. Важно, как он себя поведет при каких-то семейных трудностях.

Поэтому в деле создания семьи, выбора будущего супруга очень важны две вещи: проверка временем и проверка тяжелой ситуацией. Чтобы мы могли увидеть, как человек поведет себя при каких-то трудностях. И если мы не видим его отрицательных качеств, то что-то тут не так. Потому что среди нас, не будем питать иллюзий, святых нет.

– Ваши слова можно воспринять как агитацию за гражданские браки. Прежде чем создать семью, нужно вместе пожить, съесть пуд соли. И вот тогда, если окажется, что мы в быту друг другу подходим, мы, может быть, создадим семью…

– Это распространенное мнение, что надо пожить друг с другом и посмотреть. Что посмотреть?

– Как человек ведет себя в тяжелой ситуации.

– А где тут тяжелая ситуация? Будем честны, всем хочется близких отношений. А если вы откажетесь от близости и скажете, что жить друг с другом до брака не будете, – посмотрите, что произойдет. Большинство людей уже на этом этапе разойдутся, потому что человек не готов терпеть.

Конечно, в более возвышенном смысле семья – это установление Божие, мы не можем вступать в плотскую связь с тем, кто вне семьи, потому что тогда мы уподобляемся животным. А в практическом аспекте (который работает и для христиан, и для нехристиан) человек, живущий в такой внебрачной связи, становится слепым. А нам критически важно увидеть, что за человек перед нами. И когда мы сами себя добровольно ослепляем, то кого мы выберем?

Кстати говоря, есть такое наблюдение, что люди, которые длительное время живут в гражданском браке, а потом все-таки регистрируют свои отношения, очень часто за короткое время приходят к разводу. И рационального объяснения, казалось бы, нет, если не брать духовный аспект. Но брак – это не просто так. Пока жили вне брака, темная сила этих людей не трогала. А как только заключили брак – ей надо этот брак разрушить, чтобы причинить больше страданий. И без духовного аспекта непонятно, что случилось; 20 лет жили вместе, все было хорошо, а только штамп поставили – и все рухнуло. Говорят, что штамп не так важен. Но штамп в паспорте – это уже ответственность друг за друга. Мы перед обществом налагаем на себя определенные ограничения, мы уже должны жить не только для себя.

– Чем может быть полезен опыт христианства в деле спасения института семьи? Может ли Церковь предложить какой-то свой рецепт?

– Церковь живет по понятиям нравственности. И надо хотя бы попытаться эту нравственность транслировать в мировоззрение наших сограждан, именно нравственные ценности, нравственные постулаты. А потом уже это может привести и к воцерковлению человека, потому что нравственность без Бога неполноценная. Настоящая христианская нравственность возможна только с Богом.

Апостолы перед тем, как пойти за Христом, целый день ходили с Ним, смотрели, как Он живет, какие поступки совершает. Посмотрели, увидели – и уверовали. И стали Его учениками.

Задача нас как христиан показать личный пример участия в церковной, в общинной жизни. Чтобы люди в храме знали друг друга по именам, знали, у кого какие проблемы, какие сложности, кто чем живет. Чтобы происходило общение и люди делились друг с другом своим опытом. Теория – это теория, а практика – это практика. И такое большое количество разводов не потому, что теории о нравственной, христианской жизни нет. В Интернете можно найти все, чему учит Церковь, было бы желание. Проблема в том, что на практике это сложно реализовать, если это не сходится с твоим мировоззрением.