Канон. Президент Международного союза православных звонарей Илья Дроздихин. Часть 1

30 августа 2025 г.

Главная » Передачи » «Канон» (Москва)

В новом выпуске программы – встреча с известным колокольным звонарем, президентом Международного союза православных звонарей Ильей Дроздихиным. Илья расскажет о том, как ему удалось связать свою жизнь с этим старинным искусством и как он начал сам отливать колокола. Также Илья проведет мастер-класс по звонарному искусству для ведущего программы Александра Крузе.

Сегодня мы будем наслаждаться музыкой русской души – именно так называют колокольный звон. У нас в гостях звонарь, руководитель Московской школы звонарей, президент Международного союза православных звонарей, литейщик колоколов Илья Дроздихин.

Илья Дроздихин, известный звонарь и литейщик колоколов. Родился в 1978 году в Москве, окончил экономический факультет Российского православного университета. Звонарным искусством увлекся еще в юности. В 2005 году по инициативе Ильи был создан фестиваль колокольного звона «Перезвон», чьим художественным руководителем он является по сей день. В 2008 году Илья открыл Московскую школу церковных звонарей. С 2023 года он является президентом Международного союза православных звонарей. Сегодня Илья Дроздихин – гость программы «Канон».

– Илья, сегодня Ваши колокола знает и ценит множество людей, но тех, кто слышал колокола, но не знает, что они Вашего производства, мне кажется, гораздо больше. Как Вы обрели дело своей жизни? Как стали литейщиком, звонарем?

– Мне с детства очень нравился колокольный звон. Я приходил в храм, заслушивался колоколами, засматривался на работу мастеров и, однажды, набравшись смелости, обратился к батюшке. Подошел к нему под благословение и сказал, что я тоже хочу попробовать, тоже хочу стать звонарем. На мое удивление, батюшка меня благословил и сказал: «Вот тебе наставник, звонарь – он все тебе покажет и расскажет». С того момента и началось мое знакомство с колоколами. Мне показали первый прием, какие-то первые шаги… Похлопали по плечу и сказали: вечером ты звонишь на службу. Меня как будто посредине пруда сбросили с лодки… Так начался мой путь.

– В то время, когда Вы росли, не было такой традиции – она была потеряна. Сегодня уже существуют школы (Ваша, в частности; она одна из крупнейших). Кто Вам передавал эту науку?

– Были хорошие звонари. И на самом деле традиции у нас не прерывались. Во многих храмах даже в советское время колокольный звон не прекращался. Мы знаем самые известные места – это Троице-Сергиева лавра, Псково-Печерский монастырь, Новодевичий монастырь. Это золотая классика, где опытные звонари-старички получили свои знания еще от дореволюционных мастеров. Свои приемы они передавали новому, молодому поколению звонарей, а мы – своим ученикам, создавая учебные центры и школы звонарей.

– Вы сейчас упомянули Троице-Сергиеву лавру и Новодевичий монастырь. Насколько мне известно, на данный момент существует несколько школ. Это Ростов Великий, Новодевичий монастырь, Троице-Сергиева лавра, Псково-Печерский монастырь… Это учебные центры?

– Их намного больше. Мы делали небольшое исследование для «Союза звонарей» о том, сколько вообще в России курсов, школ, кружков колокольного звона. Традиций всего пять. А вот мест, где обучают колокольному звону, мы насчитали почти сто. Понятно, что все они разные: где-то это маститые знатные школы, где обучение проходит на потоке. У нас, например, обучается порядка 100 человек в год, и за все время существования школы уже более 2 000 человек прошли обучение колокольному звону. Где-то есть небольшие курсы колокольного звона, кружки для детей. Там постигают основы и обучают звону для своего или соседних храмов.

– Вернемся к традициям – к этим пяти школам. Почему их так немного? Ведь даже традиций фольклорных народных песен сохранилось больше.

– Мы говорим о крупных городских храмах, о монастырях. Это большие колокольни, большие колокола. Естественно, что там сложилась своя манера, своя традиция колокольного звона. Там были штатные звонари, которые этими колоколами управляли. Это ансамблевый звон – звонарей было несколько: одному звонарю физически невозможно справиться со всем колокольным набором. Тут необходима команда, слаженность. И на базе этой команды формировалась некая традиция. Традиции были и в других храмах, небольших монастырях, отдаленных селах, но, возможно, они были не такими выразительными. Может быть, там звонарями по совместительству были алтарники, певчие, сторожа. И когда колокола были уничтожены, а храмы разрушены, все эти традиции были прерваны. Сейчас сохранились традиции только крупных городских колоколен.

Можно ли применить их в маленьких храмах? Это сложный вопрос; он часто возникает у звонарей. Звон Ростова Великого написан для ростовских колоколов. Самый большой колокол там – 32 тонны, а в Троице-Сергиевой лавре – 72 тонны. Конечно, на маленькой колокольне небольшого храма, где колокола весом 100 килограммов, он будет звучать совсем по-другому. Можно что-то воспроизвести ритмически (попробовать переложить), но в любом случае это будет уже другой звон. Но наши ученики, наши выпускники должны это знать и уметь. Они знают традиции, о которых мы говорили. Они имеют у себя на вооружении различные приемы и могут составить свой собственный звон – импровизацию на основе традиции и своих знаний и умений.

– Илья, давайте сделаем музыкальную паузу и попробуем провести небольшой мастер-класс для меня. Сейчас мы с Вами находимся у мини-колокольни. Скажите, как правильно подойти к ней, чтобы стало понятно, что звонит профессионал?

– Самое сложное – освоить звон на маленьких колоколах. Необходимо взять их специальным образом – через один. Первый колокол – снизу, второй – сверху, третий колокол – снизу между мизинцем и безымянным пальцем. Попробуйте своей рукой… Все правильно…

– Мы говорили о том, что существует пять так называемых школ. Отличаются ритмические и мелодические рисунки? В чем особенности, например, Архангельской школы и ее отличия от Ростовской?

– Есть определенные характерные особенности и черты ритмических рисунков и определенных захватов. Например, на ростовской звоннице два зазвонных колокола (вместо трех). За счет того, что колокола большие, звон будет более медленным. Мы попробуем переложить: здесь колокола, конечно, не такого размера, как на Ростовской звоннице, но по ритму примерно можно повторить. Это медленный ростовский звон… А вот архангельский звон с различными элементами – по одному колокольчику, волнами, триолями…

– Очень красиво получается. А нужно ли иметь специальное музыкальное образование для того, чтобы освоить колокольный звон?

– Колокольный звон – как ударный инструмент, как барабанная установка. Чувство ритма есть практически у всех людей. Даже если оно недостаточно развито, то многолетняя практика позволяет легко наработать ритмические основы.

– Есть ли звоны, которые возвещают о чем-то радостном? Можете сейчас изобразить?

– За счет ритма и темпа звону можно придавать эмоцию, окрашивать его. Можно один и тот же рисунок звонить медленно – он будет более грустный. Или быстро – он будет пасхальным, радостным.

– Дорогие телезрители, это увлекательное и очень творческое занятие. Мне кажется, что каждому из вас хотя бы раз в год на Пасху нужно попробовать забраться на колокольню и возвестить о радости. Илья, спасибо Вам за этот мастер-класс.

Колокол как инструмент неразрывно ассоциируется с церковной традицией. Но на сегодняшний день я вижу все больше афиш, где колокол представлен как концертный инструмент. Расскажите, пожалуйста, об этой грани колокольного звона.

– Мы знаем много классических музыкальных произведений, где звучит колокольный звон. Это Рахманинов, Глинка… Император Александр пожертвовал звонницу в Большой театр для того, чтобы она использовалась в постановках. Ничего плохого здесь нет. Колокольный звон – часть нашей культуры, часть жизни русского человека. Он пронизывает всю нашу жизнь и сопровождает ее. Колокольный звон встречает человека во время крещения; во время таинства Венчания также звучит колокольный звон. Он звучит во время бедствий, проводов войск на войну и встречи воинов с победой. Колокольный звон провожает человека в последний путь… Он используется для подчеркивания особой важности происходящего момента.

У меня было несколько замечательных концертов с колокольным звоном. Мы играли вместе с ансамблем народных инструментов «Россия», вместе с оркестром Военно-морского флота в Большом зале консерватории.

– Илья, вернемся к вашей школе. Как долго нужно учиться, чтобы стать колокольным мастером?

– Наш базовый курс рассчитан на два месяца. Это экспресс-обучение. Мы выработали хорошую программу для того, чтобы на переносной малой звоннице из настоящих колоколов освоить всю программу. У кого-то получается лучше, у кого-то – хуже. Все приходят с разной базой: кто-то уже умеет звонить и хочет усовершенствовать свое мастерство, а кто-то вообще ни разу не видел колокола и не держал в руках веревки от них (и таких большинство). Но к концу обучения у всех все хорошо получается.

Наше обучение мы часто сравниваем с обучением в автошколе. Мы можем дать какую-то базу, обучить основам. Но как и для летчика (или водителя автомобиля), важен налет часов. Нужно годочек хорошенько позвонить, чтобы стать профессионалом. Сейчас мы разработали программу повышения квалификации. Это наш новый проект. У нас 2 000 выпускников – и у многих из них после того, как они переварили знания и поняли, чего им не хватает, есть запрос на улучшение своего мастерства. Кто-то хотел бы разнообразить рисунки, кто-то – закрепить традиции; разучить звон на две педали, почерпнуть для себя какие-то новые элементы. У нас открывается филиал в храме Сергия Радонежского (метро «Окская», город Москва). Там будет проходить обучение тех, кто хочет повысить свое мастерство.

– Дорогие зрители, если есть желание, ищите в соцсетях Московскую школу звонарей Ильи Дроздихина.

Илья, Вы еще являетесь художественным руководителем большого фестиваля «Перезвон», который проходит уже много лет. Расскажите о нем, его участниках, о концепции. Где и когда он проходит?

– Фестиваль проходит уже больше 20 лет и собирает звонарей в первую очередь Москвы и Московской области. Когда он еще задумывался, мы решили, что каждый год фестиваль будет проходить в новом храме. Это для того, чтобы и звонарям было интересно попробовать разные наборы колоколов, и прихожанам можно было услышать различные перезвоны. Каждый год мы приезжаем в новое место, оборудуем колокольню. И для храма это радость – после нас остается хорошо оборудованная, обустроенная колокольня. Приезжают звонари; мы приглашаем наших выпускников и звонарей Москвы и Московской области. И целый день звучат колокольные звоны! А для прихожан мы устанавливаем переносную звонницу, и все желающие могут попробовать себя в роли звонаря. Это время рождения звонарей; это происходит на Светлой седмице, на Фомино воскресенье – на Антипасху.

– Недавно узнал интересный факт: в Даниловом монастыре сохранилась историческая звонница. Каким образом это произошло? Что известно об этом?

– Это еще один уникальный, чудом сохранившийся музыкальный инструмент. Мы говорили о том, что колокола сохранились в Ростове Великом, в Псково-Печерском монастыре, в Троице-Сергиевой лавре. Эти колокола не были сброшены с колоколен, но они замолкали. А вот даниловские колокола были увезены за границу. И это чудесная история. С одной стороны, они находились в некоем пленении, но если бы не были увезены в Америку, в Гарвардский университет, скорее всего, их бы постигла печальная участь – их бы просто переплавили. Данилов монастырь был закрыт, а колокольня разрушена.

Американский предприниматель Чарльз Крейн, любитель русской культуры и всего русского, выкупил у Советской России даниловские колокола (которые на тот момент считались одними из самых благозвучных), чтобы установить в Гарвардском университете, где тогда строилась колокольня. Когда Данилов монастырь был возвращен Русской Православной Церкви, на его звонницу установили колокола, какие смогли тогда найти. Оригинальные колокола тогда находились в Америке. Переговоры об их возврате шли практически двадцать лет. Благодаря помощи фонда «Связь времен» эти колокола были возвращены на свое законное место. И сейчас в Даниловом монастыре можно услышать полноценный дореволюционный колокольный набор, сохранившийся таким чудесным образом и теперь возвращенный на Родину.

– Вам посчастливилось позвонить в эти колокола?

– Да, мы звонили, когда колокола были только привезены и установлены на постаментах внизу, а также когда их уже подняли на колокольню. Поистине чувствовалась связь поколений.

– Илья, есть ли у нас в стране колокольни, которые особо близки Вашему сердцу?

– Для меня самый любимый звон – Троице-Сергиевой лавры. Там сохранившийся набор колоколов. И это, наверное, самый известный ритмический рисунок, который пронес через всю свою жизнь игумен Михей, ныне почивший звонарь. Он обучил огромное количество учеников и продолжателей. А вообще я люблю любые колокола и колокольни и всегда нахожу возможность порадовать и себя, и других колокольным звоном.