Хранители памяти. Временная выставка «По великой вере и сердечному желанию…»

30 июня 2026 г.

Главная » Передачи » «Хранители памяти» (Москва)

Выпуск посвящен временной выставке «По великой вере и сердечному желанию...», работающей в Ризнице Троице-Сергиевой лавры. Выставка приурочена к 400‑летию особого вклада в монастырь царя Михаила Федоровича - к образу Святой Троицы им были принесены драгоценные цаты, изготовленные в мастерских Московского Кремля. Рассказывает ведущий научный сотрудник сектора средневекового искусства отдела «Ризница Троице-Сергиевой лавры» Сергиево-Посадского музея-заповедника Татьяна Валерьевна Кузнецова.

Мы находимся в ризнице Троице-Сергиевой лавры, филиале Сергиево-Посадского музея-заповедника. Здесь сейчас работает временная выставка «По великой вере и сердечному желанию…», приуроченная к 400-летию вклада царя Михаила Федоровича в Троице-Сергиев монастырь драгоценных цат. Об этой выставке в нашем сегодняшнем выпуске передачи «Хранители памяти».

Рассказывает ведущий научный сотрудник сектора «Средневекового искусства» отдела «Ризница Троице-Сергиевой лавры» Сергиево-Посадского музея-заповедника Татьяна Валерьевна Кузнецова:

− В ризнице Троице-Сергиевой лавры в экспозиции «Реликвии и сокровища Троице-Сергиева монастыря XI–XVII веков» сейчас проходит небольшая выставка, которая называется «По великой вере и сердечному желанию…» Она посвящена 400-летию вклада в Троице-Сергиев монастырь царем Михаилом Федоровичем Романовым трех золотых цат. Они предназначались для самой почитаемой иконы Троице-Сергиева монастыря − «Троицы» письма Андрея Рублева.

На этой иконе уже был золотой оклад, который был вложен в 1600 году царем Борисом Годуновым. Борис Годунов очень почитал и Святую Троицу, и преподобного Сергия Радонежского и потому всю свою жизнь давал в Троице-Сергиев монастырь богатые вклады. На протяжении нескольких лет он давал вещи, которые предназначались для украшения иконы Святой Троицы письма Андрея Рублева. Он вложил новый золотой оклад, потому что до этого, с середины XVI века, на иконе Андрея Рублева уже был золотой оклад, но это был вклад царя Ивана Грозного. По приказу Бориса Годунова этот золотой оклад с иконы сняли и приложили на специально изготовленную копию иконы.

Оклад, который Борис Годунов вложил в 1600 году в Троице-Сергиев монастырь, состоял из трех золотых венцов, укреплявшихся над головами ангелов, золотой сени, которая закрывала фон иконы, и золотых полей с золотыми дробницами и драгоценными камнями. Цат на этом окладе не было. Были три панагии, которые подвешивались под венцами ангелов. Это был вклад сына Бориса Годунова, царевича Федора Борисовича.

Золотые панагии с лицевой стороны имели драгоценные камни с резным изображением. Это были византийские камеи XI века. До наших дней сохранилась панагия, в которую вставлена камея с резным камнем, сапфирином, с изображением Спаса. А на обороте трех панагий чернью были наведены изображения святых покровителей семьи Бориса Годунова.

На центральной панагии, которая подвешивалась под венцом центрального ангела, находились изображения Бориса и Глеба, святых покровителей царя Бориса Годунова.

На панагии, которая подвешивалась к венцу левого ангела, находились изображения святых покровителей его сына, царевича Федора, − Феодора Стратилата и Феодота Анкирского. А на обороте панагии, которая подвешивалась под венцом правого ангела, сохранились изображения Марии Магдалины и Ксении Римляныни, покровителей его жены и дочери.

Кроме оклада, Борис Годунов вложил еще пелену, которая подвешивалась под иконой Андрея Рублева. Сейчас она называется жемчужной пеленой из-за огромного количества жемчуга, который ее украшает. Также он вложил створы, которые с двух сторон крепились к иконе Андрея Рублева, и на этих створах живописным языком иллюстрирован ветхозаветный рассказ о том, как три Путника, три Ангела явились к праотцу Аврааму, как он Их встречал и угощал под Мамврийским дубом, как потом два Ангела отправились в нечестивый город Содом, уничтоженный в конце концов небесным огнем. И перед иконой Андрея Рублева был поставлен серебряный подсвечник в виде цветущего древа. Так что буквально за несколько лет своего правления Борис Годунов создал вокруг самой почитаемой иконы Троице-Сергиева монастыря, «Святой Троицы», такой драгоценный комплекс.

И вот спустя четверть века, 29 апреля 1626 года, царь Михаил Федорович Романов вложил в монастырь три золотые цаты. На обороте резцом начертана вкладная надпись: «По великой вере и сердечному желанию великого государя царя и великого князя Михаила Федоровича, всея Руси самодержца, его царским повелением сделаны сия три цаты золотые с камением и жемчугом в монастырь Святой и Единосущной Троицы − к местному образу Святой Троицы в 14‑е лето государства его, в лето от создания мира 7134».

И вот сейчас, когда эти цаты сняты с оклада, посетители выставки имеют возможность наконец эту вкладную надпись увидеть. Вклад был сделан 29 апреля. В этот день не было никаких важных государственных или семейных событий у Михаила Федоровича, не было какого-то большого церковного праздника, но, скорее всего, вклад был сделан с молением о чадородии, потому что у Михаила Федоровича семейная жизнь долгое время не складывалась. Его юношеская любовь к Марии Хлоповой закончилась ничем. Мать Михаила Федоровича не разрешила ему на ней жениться.

Он был женат первым браком, но его первая супруга, княжна Мария Долгорукая, скончалась через полгода после свадьбы. 5 февраля 1626 года Михаил Федорович женился второй раз. Ему уже было 29 лет, он женился на 18-летней Евдокии Стрешневой, и наконец появилась надежда на продолжение рода. А продолжение рода для новой династии Романовых было очень и очень важным. Если действительно этот вклад был сделан именно с таким молением о чадородии, то нужно сказать, что надежды царской четы оправдались. Ровно через год, 22 апреля 1627 года, у них родился первый ребенок − царевна Ирина.

Несколько слов о том, что же из себя представляют цаты. Это деталь оклада иконы. Они подвешиваются под венцами и обычно выполняются из драгоценных материалов в форме полумесяца. Именно такую форму мы видим и у цат вклада Михаила Федоровича Романова. Само слово «цата» к этим деталям оклада стало применяться только с конца XVI века. Дело в том, что с древности на Руси к наиболее почитаемым образам, особенно Богородичным, подвешивали различные нагрудные украшения − монисты и гривны. Монисты − это женское украшение, оно состоит из бусин, которые чередуются с крестами и медальонами. А гривны − это шейное украшение, и мужское, и женское, и оно выполнялось в виде цельнометаллического обруча. И постепенно стали появляться специальные иконные гривны в виде узких лунниц. Иногда к нижним краям этих гривен подвешивали пластинки, либо круглые, либо фигурные. И вот именно эти подвесные пластинки тогда и назывались цатами, потому что цата в то время − это мелкая монета. Но уже с конца XVI века любые иконные гривны, и с подвесками, и без них, стали называть словом «цата». Цаты, которые Михаил Федорович вложил в Троице-Сергиев монастырь, выполнены по образцу цат с оклада, подаренного Иваном Грозным.

Обращение к грозненским предметам очень характерно для первых царей династии Романовых, потому что таким образом подчеркивалась преемственность и власти, и их родственная связь с Иваном Грозным и Федором Иоанновичем. Эти цаты выполнены из золота 900-й пробы, то есть они из практически чистого золота. И украшены они эмалями, драгоценными камнями и жемчугом. Драгоценных камней на этих цатах шестьдесят три. Камни красного, синего и зеленого цветов. В основном это камни плоские, вставленные в высокие золотые касты, а к пластинкам подвешены на проволочках камни неправильной каплевидной формы.

Интересно, что на боковых и центральных цатах камни чередуются по цветам. Самым крупным камнем является средний камень голубого цвета в центральной цате. Это яхонт лазоревый, по современной терминологии − сапфир. Этот камень огранен. Сапфир вообще второй по степени твердости из драгоценных камней, он уступает по твердости только алмазу. И в те времена огранить сапфир было задачей очень трудоемкой, поэтому граненые сапфиры очень высоко ценились. Это самый крупный камень на цатах, и его вес составляет 110 каратов.

Но драгоценные камни ценятся не только за их величину, но и за прозрачность, глубину цвета, а также за их чистоту. Этот камень имеет внутренние дефекты, то есть назвать его очень хорошим ювелирным камнем нельзя. Из зеленых камней, изумрудов, выделяются два средних камня на боковых цатах. Эти камни тоже достаточно крупные. Один − 68 каратов, другой − 65. Но и эти камни не очень хорошие. Они светлые, в то время как изумруд все-таки должен иметь глубокий зеленый цвет. И, как сказано в описях, они «попорчены».

Самым лучшим драгоценным камнем на этих цатах является четырехугольный лал (по терминологии монастырских описей). Специалисты определили, что это шпинель. Шпинель − это камень, который не входит в разряд драгоценных камней первой категории, но тем не менее шпинели очень ценились на Руси за их яркий цвет (эта шпинель имеет яркий розово-малиновый оттенок) и за их практически стекловидную прозрачность. Именно такой прозрачностью и отличается этот камень.

Кроме того, цаты украшены жемчугом, и жемчуг в описях имеет два определения. Он назван окатным и гурмыжским. Окатный жемчуг − это жемчуг правильной шаровидной формы. Наиболее крупные жемчужины закреплены на центральной цате. Гурмыжским называли жемчуг, который добывался в Персидском заливе у острова Ормуз. Именно там добывался в то время самый крупный в мире жемчуг. В одной из древнерусских рукописей есть такое сравнение, что если бы мир был перстнем, то Ормуз был бы в нем камнем.

Что интересно, мы можем назвать даже имена мастеров, которые создали это ювелирное произведение, эти цаты. Эти мастера работали в Москве при царском дворе. И известно, что это были иностранные мастера, немцы Лента Ян и Гаст Якуб, сотоварищи. Имен их помощников мы не знаем.

После того как Михаил Федорович вложил цаты в монастырь, они были подвешены под венцами на иконе «Святая Троица» письма Андрея Рублева. Этот оклад на икону Андрея Рублева находился на рублевской «Троице» до 1918 года, когда оклад был снят с иконы для того, чтобы ее можно было отреставрировать. После того как реставрация была завершена, сотрудники музея вместе с реставраторами пришли к выводу, что не стоит закрывать только что отреставрированную живопись Андрея Рублева, которую только-только смогли увидеть и специалисты, и все, кто интересовался древнерусской живописью. Решили, что ее вообще не нужно закрывать никаким окладом, поэтому оклад был полностью помещен в ризницу. Именно там он всегда и находился; и сейчас находится в экспозиции Сергиево-Посадского музея-заповедника. Первый раз с него эти цаты были сняты для того, чтобы показать их как отдельный памятник, как отдельное произведение ювелирного искусства.