Беседы с батюшкой. Возможен ли рай на земле? Cвященник Олег Патрикеев. 7 ноября 2025

– Тема сегодняшней передачи: возможен ли рай на земле? Тяжело размышлять на такие сложные темы. Тем более что здесь есть некий соблазн, потому что очень хочется увидеть этот рай. Ад на земле мы уже знаем. Конечно, в кавычках, но тем не менее... Часто приходится слышать: если не ад, то, во всяком случае, чистилище здесь точно происходит. Но никто не говорит про рай или райские кущи, как у Чехова. Но тема достижения рая на земле волновала людей в течение многих веков. Даже есть такое понятие, как «Эльдорадо» (или в Священном Писании говорится о земле обетованной, которая тоже представлялась себе как некий рай). Однако чем больше мы живем, тем больше хочется покоя и радости на земле. Но мы видим, что покоя и радости становится не больше, а меньше. Я не прав?

– Конечно, Вы правы в том, что каждый человек переводит «рай» в понимание своего существования, своей психики, интеллекта, а по-настоящему это слово переводится как «счастье». Это древнее индоиранское слово, которое пришло к нам из античности. Мы видим в Библии упоминание рая практически с первых страниц бытия человека: насадил Бог рай в земле Эдемской. Конечно, у каждого человека представление о рае абсолютно разное. Кто-то считает, что это все включено, как в Турции, когда приезжаешь и 10 дней живешь в раю: море, солнце, песок и все, что к этому прилагается. Кто-то считает раем просто рай в шалаше с любимым человеком. Это ведь тоже рай, если есть любимый человек. Для кого-то счастье – это здоровье. Мы видим очень много болящих, скорбящих, и утешение для них уже становится счастьем, которое не купишь за деньги. Нет такой таблетки, что вкусил и счастливый ходишь.

Были красивые прообразы рая, чтобы заманивать людей, как это было в 1917 году. Ведь этим древним призывом, что всем и всё поровну и что все люди – братья на земле, пользовались многие. На самом деле это, наверное, и есть смысл человечества: прийти к этому ощущению братства, спокойствия, мира. А пока, куда ни придешь, как пел Высоцкий, все не так, как надо, все чего-то не хватает, какой-то тишины, спокойствия. Где же найти этот рай?

А нужно ли его искать? Это ведь тоже очень важный вопрос. И что он означает именно для человека? Если мы берем мирского человека, то мы уже понимаем, что надо достигнуть целей, высот, власти, финансового успеха и так далее. Это нормально. Когда спортсмен получает первую медаль на Олимпийских играх, это тоже счастье, тоже какое-то ощущение рая, блаженства. Но если мы пересматриваем Библию, то видим, что блаженны нищие духом, блаженны миротворцы, блаженны плачущие. Как-то не сравнить мирское понимание рая и библейское.

Поэтому надо отмотать назад и понять, что же потеряли наши праотцы Адам и Ева, что же в первую очередь было раем для них. Они слышали голос Бога. Ежедневно, ежечасно. Они могли разговаривать с Ним, общаться. Это был для них рай. Что же тогда для них было потерей рая? Именно потеря общения с Богом стала потерей этого состояния созерцания, мира, любви, этого счастья, которое человек имел в полноте. Все пять чувств у них были наполнены этим счастьем созерцать Бога, Его творения, звезды, давать имена животным... Это удивительное состояние. Мы можем вспомнить его в нашей жизни. В нашей жизни эти состояния, конечно, были. Когда Вы были счастливы в последний раз?

– Наверное, каждый раз, когда я думаю, что могло быть хуже, а по милости Господней хуже не стало.

– Это хороший опыт, опыт Афонских старцев, когда в любой ситуации человек находит оправдание, но не греху; и когда человек не находится в поиске виноватого.  Мы ведь можем моментально найти виноватого. Но человек говорит: «Я виноват. Благодарю Тебя, Господи, что Ты не сделал мое падение еще больнее и мне не пришлось пережить еще более сильные страдания, которых я заслуживаю. Ты дал мне это маленькое ощущение прощения, благословения».

– Чем больше я живу, тем больше понимаю, что мы живем только по милосердию Господа.

Вопрос телезрителя из Ярославской области: «Рай на земле наступит тогда, когда будет как в молитве Иисуса Христа: да будет воля Твоя, яко на небеси и на земли. Сейчас понятно, что не творится воля Божия. Тогда возникает следующий вопрос. Если на земле будет воля Божия, тогда не будет конца света? Тогда вообще зачем Иисус Христос пришел? Я не понимаю, почему христиане верят в конец света».

– Очень серьезный вопрос. Да будет воля Твоя, яко на небеси и на земли. А когда же будет воля Божия на земле? Этот вопрос как раз мы и должны задать друг другу. А исполняю ли я волю Бога, чтобы на земле наступил рай? Это та воля, которая позволит человечеству быть братьями и сестрами. У нас же есть прообразы такой жизни. Так называемая коммуна была придумана не 100 лет назад. Коммуны до сих пор есть в Израиле. Кибуцы – прекрасные люди, которые живут при так называемом коммунизме, который нам когда-то обещали. Поэтому есть такие моменты. Конечно же, они тоже несовершенны. Мы не говорим о совершенстве. Есть прекрасные монастыри, где люди живут как братья и сестры. Они живут не за деньги, не из-за страха, не от обездоленности или какой-то брошенности в своей жизни, не от отчаяния. Они пришли по любви к Богу и потому, что скучают по тому состоянию, которое называется блаженством.

Блаженство бывает только в раю. А эти искорки блаженства дает Господь здесь нам в утешение, что мы на правильном пути. Вот есть маяк… Ты в ночи, ты теряешься, пока снова не выйдешь на маяк. Поиск этого счастья, так называемого Царства Небесного, – вот о чем говорил Христос, это нужно искать прежде всего. Тогда мы на верном пути. Тогда и на дороге будут знаки: «Ты идешь в рай», «Ты уже пришел в рай», «Ты промахнулся».

– Замечательная идея! Навигатор, в который можно забить: «Царство Небесное».

Я думаю, что внутренний навигатор нам так или иначе подсказывает, туда мы идем или не туда. Правда, другой разговор, что этот навигатор, то есть совесть, мы можем всячески убить. Во всяком случае, сделать так, чтобы этот путь был как можно более извилистым. В конце концов мы все равно придем к конечной точке. Как бы  ни виляли.

Мы знаем очень много людей, которые так или иначе составляют какие-то рецепты достижения некоего земного благоденствия, когда рай представляется как место, в котором много наслаждения. Другой разговор, что наслаждение может быть очень разным. Может быть наслаждение от разнообразия, например, еды, а могут быть совершенно другие виды наслаждения, духовные, как об этом мы читаем у святых отцов. Но при этом каждый человек настолько индивидуален, что составить общий рецепт не представляется возможным. Почему мы с таким усердием, которое можно было бы применить для гораздо лучших вещей, идем по пути обмана? Почему мы так любим верить во всякие социальные устройства?

– Человек – очень доверчивое существо. Мы доверчивы, как дети; история нас не учит. Мы доверяем и не проверяем; привыкли доверять газетам, информации, новостям, фейкам. Сейчас такие удивительные придуманные фейки, что люди уже не понимают, правда это или нет. Пора бы предусмотреть какой-то значок, означающий, что это сделано с помощью искусственного интеллекта, что это не съемка. Можно ведь придумать что угодно. И этим воспользуется Антихрист, чтобы на таком всеобщем доверии сделать какую-то общую религию, которая всех будет устраивать, все будут довольны, счастливы.

Главная задача Антихриста – сделать всех счастливыми, чтобы все были равны, чтобы у всех все было и ничего за это не было. Он пытается уже много тысяч лет придумать рай на земле. И мы видим последствия того грехопадения, которое позволило человеку выйти в мир, а потом снова искать возвращения в рай. Ведь Адам плакал 900 лет, чтобы вернуться в рай. Есть «Плач Адама о потерянном рае», почитайте. Это песнь человечества. Если мы не плачем о рае, куда нам скоро возвращаться (хотелось бы всем там встретиться), то мы застряли в какой-то матрице, которая нам предлагает свои варианты рая, и мы соглашаемся на эти варианты.

Для того чтобы вернуться в рай, надо хотя бы обернуться назад. Надо взять палочку, клюку и, хромая, пойти в ту сторону, где сияет свет. Сквозь наши тусклые стекла мы должны все-таки увидеть это местечко. Вспомните, как раньше ходили слепцы, калики перехожие: они друг за друга держались, впереди шел одноглазый, а за ним все слепенькие. Поводырь, пастырь ведет туда, где есть хоть немного света, какая-то духовная пища.

Человек очень доверчив, верит даже в обман. Потому что хочется хоть немножко, хоть чуть-чуть побыть в раю. И этим пользуются очень многие люди. Ведь посмотрите, все революционные лидеры «пятых колонн» пользовались нашей совестью, нашим желанием сделать что-то лучше. Это для них был главный лозунг...

– «Я знаю как лучше, поэтому пойдем со мной». Слепые вожди слепых (Мф. 15, 14).

Вопрос телезрительницы из Москвы: «Господь Иисус Христос дал нам прекрасные заповеди. Ни один атеист этого не оспорит. Только одна заповедь любить друг друга чего стоит! Этим все сказано. Если бы так было и мы любили бы друг друга, то на земле уже был бы рай. Но Господь знал, что мы так не будем жить. Для чего тогда Он дал эти заповеди? Чтобы с нас спросить? Кто-то из святых писал на эту тему, что это игра».

– Давайте начнем все-таки с первой заповеди: возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим и всею душею твоею и всем разумением твоим (Мф. 22, 37). То есть надо полюбить Бога так, что уже не нужно будет ни других богов, ни кумиров. На исполнении первой заповеди строится вторая заповедь. Потому что без любви к Богу любовь к другому человеку будет эгоистическая. Мы живем в матрице греха, которая заставляет нас любить человека только потому, что нам это выгодно, либо мы любим из-за какого-то тщеславия, «милосердия» (в кавычках). Мы не можем любить так, как любит нас Бог, потому что не умеем прощать друг друга так, как прощает нас Господь.

Есть прекрасная молитва: «Научи меня, Господи, прощать людей так, как прощаешь меня Ты». Но мы даже это не можем исполнить. Как можно любить другого человека, когда мы не любим себя, не любим животных, не любим природу? Значит, мы отказываемся от первой заповеди.

Как любить Бога, если мы Его не видим? У нас есть оставленное Евангелие, где написано, что Бога человек никогда не видел. Иисус Христос принес нам облик, образ Своего Отца. Нам нужно полюбить Иисуса Христа. Его мы можем любить, потому что Он Человек, у нас есть иконография. У нас есть таинства: Крещение, Миропомазание, другие таинства и самое главное – таинство Причастия Тела и Крови Воскресшего Господа Иисуса Христа. Без Его Крови, без Его Тела мы не сможем любить других людей.

Когда мы вкушаем что-то вкусное, хочется этим поделиться. Например, у тебя целая банка меда. Попробуй угостить этим медом людей, которые рядом с тобой, – и они будут счастливы. И ты будешь счастлив.

Так и Христос отдает Себя нам, людям, чтобы мы стали счастливыми, живя Им, живя в Нем. У Иоанна Кронштадтского есть книга «Моя жизнь во Христе». Откройте эту книгу, почитайте. Есть ли у нас хотя бы несколько совпадений с теми чувствами, о которых он писал в своих ежедневных письмах? Например, он писал, как сегодня отпал от Христа. И он тут же каялся, приносил покаяние, причащался со слезами и снова входил в Его жизнь, в Его смерть, в Его воскресение.

Разве не этого желает Христос – чтобы мы все были одной Крови?

– Иоанн Кронштадтский в своих дневниках писал: согрешишь, потом покаешься – и Господь снова дает некое пространство в душе твоей. Наверное, это и есть путь к тому месту, которое мы называем раем. Потому что сказано: Царствие Божие внутрь вас есть.

Мы знаем: прежде чем наступит вечное Царство Христа, короткое время будет править Антихрист. И мы как трезвые люди должны отдавать себе в этом отчет. Вспоминаются слова Христа: Сын Человеческий, придя, найдет ли веру на земле? (Лк. 18, 8). Это вопрос и по поводу того, что же такое рай. Обретение рая – это процесс тяжелый, сложный, трудный. Или я не прав?

– Конечно, трудный. Мы эти трудности сами себе выдумываем и с удовольствием их преодолеваем. Мы этими трудностями даже гордимся: мол, смотрите, как мне тяжело, какой я постник, молитвенник и так далее. Это заманчивая идея, которая может поставить людей в тупик, потому что через такие, можно сказать, внутрисоциальные желания спасти весь мир мы уходим от своего личного спасения. И Вы правы, мы должны отдавать себе отчет в том, готовы ли мы вообще жить в раю. Не проще ли нам жить в той жизни, которая есть сейчас? Она вроде бы и неплоха, вроде не ад; не особо рай, но как-никак все-таки живем, хлеб с маслом есть, слава Богу.

Мы забыли, откуда ниспали; забыли, откуда вышел Адам. Для нас рай пока еще закрыт. Он открывается только Христом, только во Христе, потому что Сам Христос и есть тот рай. Он принес Себя в жертву. В Нем Царство Небесное уже соткано, сотворено, Он две тысячи лет назад воскрес. И все мертвые во Христе воскресли, они уже там живые. Это мы еще не прошли этот момент.

– Вопрос телезрительницы из Астраханской области: «В сегодняшнем Евангелии мы читаем, как нечистый дух возвращается опять туда же, откуда его выгнали. То есть он заходит туда, куда хочет. Господь стоит у двери и стучит, не может открыть. А нечистый дух захотел и вернулся, причем туда, где чисто и выметено. То есть человек выбрал путь к Богу, исповедуется, причащается, а нечистый дух заходит куда хочет и перенаправляет человека в свою сторону. Как так? Как сделать так, чтобы этого не было, чтобы человек все время был с Богом? И почему нечистый дух так легко может зайти в чужую душу?»

– Очень хороший вопрос. Это одна из притч Христа, которая говорит о доме. Это образ того, как мы прибираем дом, очищаем его, намываем перед приходом больших гостей. Гости приехали, побывали у нас, вышли из дома – и мы этот дом опять начинаем превращать в то состояние, которое было до гостей. Когда теперь гости снова придут? Не скоро.

На самом деле это прообраз нашей подготовки к причастию. Наш дом – это наше сердце, наша душа. Мы готовим наш дом для встречи со Христом, через покаяние очищаем его слезами, молитвами, коленопреклонением, милостыней. Мы готовимся к встрече со Христом, чтобы Он вошел в наш дом и остался в нем. Да, Он будет выходить, проверяя, готовы ли мы снова встретить Его с тем же условием, что дом будет чист. Если мы загрязнили свой дом, надо его снова очищать. Мы же рубашечки и носочки стираем не раз в месяц, как причащаемся, а каждый день пытаемся.

Иоанн Кронштадтский каждый день причащался, каждый день приглашал Христа в себя. Мы остаемся ветхими людьми, мы еще не воскресли со Христом, еще не можем, как апостол Павел, сказать: уже не я живу, но живет во мне Христос (Гал. 2, 20). Наша природа ветхая, и мы нуждаемся в постоянном, частом причащении, чтобы наш дом не оказался пуст. В пустом доме и привидения могут жить, как в древних замках. Свято место пусто не бывает.

Поэтому мы должны как можно чаще приготавливать себя ко входу Христа в наше сердце, в нашу душу. А это возможно только через Причастие. Если в нас есть Христос, враг уже не зайдет.

Есть откровение одного из афонских старцев, как он поймал бесенка и спрашивал: «Признавайся, что самое страшное для вас?» Бесенок сказал, что самое страшное – это крестное знамение, потому что они сразу же горят в огне. – «А еще что?» – «А еще страшно, когда человек пьет святую, крещенскую воду. Но самое страшное для нас – Причастие, мы несколько дней к человеку подойти не можем, потому что он весь в свете». Когда мы причащаемся, мы теряемся из вида радаров дьявола.

– Если мы причащаемся не в суд и не в осуждение. Что касается притчи, человек вычистил дом, но Господа там не было. Увидел нечистый дух, что там никого нет, и пригласил семь еще более страшных духов...

– Это попущение Божие. Бог попускает это, чтобы человек что-то понял. Господь – Ревнитель. И если мы обратились к Богу с покаянием, очистились, то не имеем права возвращаться обратно к свиньям.

– Какие страшные слова! Кстати, удивительно, но у свиньи так устроена шея, что она не может посмотреть на небо…

Вопрос телезрительницы из Ярославля: «Во-первых, я считаю, что рая на земле не должно быть. Это мое понимание. Вопрос у меня такой. Когда Евгению Родионову предлагали снять крест в обмен на жизнь, он не согласился. Он был в их руках, они могли содрать с него крест, сделать с ним что угодно, но им надо было, чтобы он сделал это сам. Почему и дьяволу, и всем врагам нужно, чтобы человек сам это сделал, сам отказался от Бога? О чем думал Родион? Ведь он же не думал о рае. Была сверхсила какая-то…»

– Не мерою дает Бог Духа (Ин. 3, 34). Мученичество во время испытаний, исповедание Христа бывает удивительно. Человек презирает смерть, даже перестает чувствовать боль, у него наступает такое состояние (видимо, от Духа), что он не презирает врагов за то, что они плохие, а молится за них. Я уверен, что Родион молился, как архидиакон Стефан: «Прости им, Боже, и не вмени греха сего». Это высокая степень духа человеческого, объединенного с Духом Божиим; происходит синергия и наступает рай в душе. «Рай» мы сейчас говорим просто как слово, которое уже может многое обозначать, и мы об этом говорили. А вот состояние духа, блаженство человек будет чувствовать и после смерти. Умирая в этом состоянии, человек моментально обретает Христа, в нем уже Духом Христос. Я считаю, когда убивают человека за Христа, в нем уже есть Христос; и они убивают Христа в нем. То есть происходит сораспятие, человек идет на крест ради Христа.

Человеческому уму это непонятно. Нам намного проще предать. Но давайте вспомним новомучеников, особенно последних российских новомучеников, которые прошли серьезные испытания, страдания. Одно дело – умереть за Христа в одночасье, когда отрубают голову или распинают. А когда страдания изо дня в день (например, Соловки) – это ужас, как будто вечный ад. И в этом аду люди славили Бога за то, что там находились. Вот это рай на земле, рай был в их сердцах.

– Иоанн (Крестьянкин) об этом свидетельствовал.

– Рай на земле как материя, конечно же, невозможен. Рай – это блаженство, это духовное состояние человека, и оно возможно на земле. Когда мы любим, когда пишем стихи, песни, поем, сочиняем музыку, рисуем, когда молимся (молитва – это песнь Богу) – мы счастливы, и мы уже в преддверии рая. Мы как будто уже прикоснулись к этой оградке, еще мгновение – и зайдем.

Когда апостол Павел был восхищен до третьего неба, восхищен в рай, у него не было слов описать то состояние. Нет красок, которые могли бы нарисовать картину рая, где он побывал. И по скромности своей он не говорил, что это был он. Он сказал: знаю человека, который был там (см. 2 Кор. 12, 2–4). Какая скромность! Чтобы не возгордиться и не быть соблазном для других.

И когда мы счастливы с Богом, когда живем в Нем, когда причащаемся и не отпускаем Его от себя, тогда мы в раю. Но потом мы согрешаем, и это происходит естественным образом, потому что нам проще грешить. Мы даже не задумываемся, когда грешим; для нас грех – как вода для рыбы. Человек, живущий в мире, запросто грешит. И как трудно выскочить из этой «воды», быть другим человеком, иным, иноком. Можно назвать такого человека белой вороной, как угодно, но он другой.

Христиане – они другие. Надо именно стать безумным ради Христа, как говорит апостол Павел. Последствия будут, конечно же, тяжелыми для истинного верующего. Мы видим это постоянно. Мы видим это с первых времен, с первой братоубийственной войны, которая произошла между Каином и Авелем. Что думал Каин, убивая своего брата? Какие мысли вложил ему дьявол? Гордость, тщеславие – все это от дьявола передалось человечеству по наследству. Если взять любой век, любые революции, мы везде видим проявление дьявольской гордыни. «Ты лучший, ты имеешь право. Только ты, не кто-то еще. Если кто-то тебе мешает, убей его. Сотри все до основания, а потом мы построим с тобой рай на земле».

Конечно, это утопия: построить человеческими усилиями рай на земле. Утопия, но прекрасная, красивая; люди верили в это, шли к этой мечте. Кто-то сказал: люди жили без Бога, но по Божьим заповедям. Посмотрите, какой был потенциал у человека в Советском Союзе, как люди верили в эту мечту! Они мечтали, чтобы все были счастливы. «Мы потрудимся, чтобы дети наши были лучше, чем мы». Чтобы каждое новое поколение было лучше предыдущего. А в чем лучше-то? В деньгах? Мои родители даже не могли представить, что у меня будет машина, что я буду ездить за границу в монастыри. Кто об этом думал в 70-х годах? Но они были счастливыми, только немножко по-другому.

– Когда сталкиваешься с проявлениями чего-то горестного в нашей жизни, очень хочется все это каким-то образом преобразовать в радость. Возможно ли это?

– Возможно. Все зависит от человека, от его желания. Есть молитва Оптинских старцев, которая взята из древних молитв: пошли меня, Боже, туда, где боль, страдание, разочарование, чтобы изменить то состояние людей (или даже природы).

Человек может преобразить место. Один человек может спасти очень многих людей. Об этом говорил преподобный Серафим Саровский: стяжи дух мирен, и вокруг тебя спасутся многие. Где взять этот мирный дух? Его надо искать. Искать в тишине, молитве, уединении, размышлении, чтении Евангелия, в покаянии и, конечно же, в Евхаристии. Это очень важно.

Хочу напоследок сказать, что люди, которые жили в Советском Союзе, жили под красным знаменем. Все знают, что платы, которыми вытирали людей после мучений, становились красными. И предметы насилия потом почитались. Люди жили в парадигме мученичества, страданий новомучеников. Это было огромным стимулом. Потому что для русского человека, как говорит Бердяев, либо братство во Христе, либо товарищество в Антихристе.

– Благословите наших телезрителей.

– Господь да благословит, чтобы ваше блаженство, ваше райское состояние передавалось близким и родным. А если у вас этого нет – скорее ищите Христа...

Ведущий Глеб Ильинский