Беседы с батюшкой. Мир душевный. Иеромонах Корнилий (Морозов). 20 июня 2024

20 июня 2024 г.

В студии настоятель храма в честь иконы Казанской Божией Матери в Нарва-Йыэсуу (Усть-Нарва) иеромонах Корнилий (Морозов).

– Тема сегодняшней передачи звучит довольно просто. Мы будем говорить о душевном мире. Всем хочется его как-то получить. Чем старше мы становимся, тем больше возникает вопросов, которые теребят душу, и мы как-то очень резко и быстро теряем духовный мир и спокойствие. Тем более если в жизни происходят какие-то беды, испытания, смерти и прочее.

Мы всегда хотим быть духовно спокойными. Вы когда-то тоже были обыкновенным юношей, который задумывался о том, что происходит. На Ваш взгляд, что нужно сделать для того, чтобы достичь духовного спокойствия?

– Во-первых, надо разграничить душевный и духовный миры. Душевный мир связан с земным пластом жизни человека. Человек, слушающий классическую музыку, посещающий музеи, филармонии и театры, читающий книги, может сказать о себе: «Я духовный человек». Так о нем говорят и другие. Но это не духовный мир, а именно душевный. Для такого человека иногда закрыты важные вопросы. И самые основные – это для чего он живет и для чего умирает.

Когда мы ставим перед собой эти два вопроса, то переходим уже в понятие духовного мира. Потому что духовный мир связан с отношениями человека с Богом. Как говорил Серафим Саровский: «Стяжи дух мирен – и тысячи вокруг тебя спасутся». И под мирным духом он понимал именно дух, который пропитан отношениями с Богом, благодатью Духа Святого. Амвросий Оптинский давал некое установление на то, как человек может приблизиться к духовной жизни: никого не осуждать, никому не досаждать, не тужить, то есть не впадать в уныние. Уныние – это грех, связанный с тем, что человек не уповает на Промысл Божий в жизни, на то, что Господь всегда помогает. Уныние восходит к тому, что человек ощущает себя одиноким. Даже верующие иногда не надеются на Божий Промысл, забывают об этом. И Амвросий Оптинский выявляет основы духовного мира человека. Человек должен иметь отношения с Богом, любить ближнего, не досаждая ему и не осуждая его, и благодарить Бога за все, что Он дал. Василий Великий сказал, что зависть – это скорбь о благополучии ближнего. И в этом отношении мы в первую очередь должны контролировать свой духовный мир: куда он направлен и к чему влечет, и понимать, какие силы действуют в нашей душе.  

– В момент, когда у нас болят зубы, мы думаем только о них. Мы не думаем о том, что Господь послал нам эту боль для того, чтобы мы смирились или поняли, что грешны. В этом случае мы думаем только о зубной боли и бежим к врачу. А когда он нас вылечит, мы скажем: «Как хорошо». В этот момент мы начинаем думать, как хорошо быть здоровым, а не быть бедным и больным.

Но, пытаясь достичь духовного мира и душевного спокойствия, мы готовы на все, но только не на страдания. Насколько мы можем получить духовный мир именно через болезни и боли, которые невозможно переносить? Тем более через болезни своих близких, причем даже смертельные.

– Действительно, в большей степени современное общество стремится к тому, чтобы убежать от болезней и болей. Но мы должны понимать, что это неотъемлемая часть жизни. По крайней мере, христианин должен это понимать. Как говорится в одной из молитв, именно благодаря нашим падениям, неудачам, каким-то нестроениям в жизни мы растем и зреем. Именно наше неблагополучие ведет нас к совершенству. Только преодолевая те или иные трудности, человек становится человеком.

Владыка Антоний Сурожский сказал, что в том моменте, когда человеку больно, он должен воспринять, понять эту боль, что она необходима. Особенно когда болеют родные и близкие. Иногда они болеют даже не для себя, а для того, чтобы мы, ухаживая за ними, стали более человечными и внимательными к окружающим и даже к самим себе. То есть помогая и сострадая своим ближним и родственникам, мы становимся лучше.

Поэтому не стоит думать о том, почему это дано. Бывает, что мы не понимаем, для чего нам посланы те или иные моменты, но проходит время – и уже видно руку Божью. И приходит понимание, что без этого момента не было бы многих других замечательных вещей в жизни, за которые ты благодаришь Бога. Как говорит русская пословица: «Не было бы счастья, да несчастье помогло». Благодаря несчастью Господь дает нам радость и счастье. В этой пословице очень хорошо выражено, что несчастье иногда ведет к большему счастью.

– Когда мы сталкиваемся с проблемами, у нас возникает масса вопросов. И ведь мы хотим воспринимать жизнь через ту призму, через которую мы видим этот мир. Совсем скоро Троица, день рождения Церкви, и мы снова начнем молиться: «Царю Небесный…» И возникает вопрос: насколько в нашей жизни важно следование рекомендациям Церкви, как молиться, чтобы достичь душевного мира и покоя, которых мы все время хотим?

– Это спокойствие держится на отношениях человека с Богом. Аврам поверил Господу, и Он вменил ему это в праведность. Выйдя из города Ура Халдейского, Авраам мог думать о том, что его ожидает, ведь он покидал своих родных, свой дом и не знал, что ждет его впереди, с какими племенами он может столкнуться. Он постоянно переживал об этом. Он говорил, что Сара его сестра, и она была настолько красивая, что ему не сносить главы... То есть он мог бы действительно переживать за каждый момент своей жизни. Но у Авраама была глубокая вера, упование на Бога, что вменилось ему в праведность. Он понимает, раз Господь ему это повелевает, то иного пути, иной дороги у него нет. Подобному тому, как пророки всячески пытаются в той или иной мере уклониться от своего служения. Это очень хорошо показано в Книге пророка Ионы. Он постоянно пытается уклониться от воли Божьей и не хочет идти в Ниневию. Но у него нет другой дороги. Более того, он понимает, что жители Ниневии показывают несовершенство народа Израиля. Потому что они каются в прахе и пепле, а Израиль нет. В этом отношении мы опять же можем провести параллель, почему он не хочет идти в Ниневию. Но его послал Господь. У каждого свой жизненный путь, свое предназначение, и нам надо только довериться Богу, чтобы реализовать это в нашей жизни.

– Вопрос от телезрительницы Елизаветы из Гомеля: «Как создать настоящую православную семью, чтобы в ней всегда сохранялся мир, тишина и покой?»

– Я думаю, надо ставить цель создать не православную, а счастливую семью. Если семья будет счастливой, то она уже будет православной. Даже если муж верующий, а жена неверующая или муж неверующий, а жена верующая, но они любят друг друга, то семья будет счастливой. Это залог того, что их дети будут расти в любви и видеть ее между родителями. Все остальное устроит Господь. Поэтому основная задача – создать именно счастливую семью. И если пары будут настраивать себя именно на это, то они рано или поздно реализуют и вторую задачу – будут православными.

– Наше собственное представление о счастье может очень разниться. Недаром наша тема о душевном спокойствии. Мы все хотим того спокойствия, когда все хорошо, отлично и замечательно. Мы слушаем философов, от Платона до Гегеля, ведь вопрос бытия волновал даже самых атеистических философов. Наверное, нам очень хочется достичь душевного спокойствия, может быть, даже через вмешательства психиатров, психологов и даже через таблетки. Кто-то ищет этого в алкоголе и в наркотиках, чтобы не боль наполняла их жизнь, а счастье. Как достичь этого счастья в нашей повседневной жизни, чтобы не зависеть ни от таблеток, ни от алкоголя, ни от наркотиков?

– У Булгакова в «Собачьем сердце» есть замечательный совет: «Не читайте до обеда советских газет». Но других нет, поэтому никаких не читайте. Основная задача – не смотреть новости. Я давно этого не делаю, ведь мне и так расскажут, что произошло, кто что сделал и так далее.

Человек должен обратить внимание на себя. У царя Соломона было кольцо, на котором было написано: «И это тоже пройдет». И в этом моменте мы видим, что мир преподносит нам беспрецедентные проблемы и новости. Но все это проходит. Единственное, что может остаться у человека, это он сам. И какую жизнь он выстраивает вокруг себя, такая у него и складывается. У нас есть воля выбрать для себя окружение: с какими людьми общаться, с какими нет. Есть свобода в том, на что тратить свое время: на любимую работу или на нелюбимую. Есть свобода, чем интересоваться в жизни. То есть хожу я в театр или провожу время в кабаке – это мой выбор. Отсюда выстраивается насыщенность жизни человека.  

И самый основной вопрос, который задает каждая душа: как ей в этой временной жизни приобрести вечную? Стремимся ли мы к этой вечной жизни здесь или это скатывается на уровень бытового благочестия? Бывает, что человек всегда ходит в храм, молится, постится, а это становится для него рутиной. Он живет в этом, он так привык, но за этим ничего не стоит. Особенно когда ты служишь, то очень хорошо ощущаешь на себе, что помимо вот этого привыкания, как говорят некоторые, действительно должен стоять вопрос: а приобщаюсь ли я к высшей духовной жизни, пытаюсь ли в этой временной жизни приобщиться к вечной?

– Вопрос от телезрительницы Юлии из Москвы: «Я думаю о Боге, о том, что у Него нет ни прошлого, ни настоящего, ни будущего. Когда я смотрю на своего ребенка, он для меня мой ребенок, а Бог уже видит, спасется он или нет. И про меня Господь уже знает, погибну я или нет. То есть я не могу уже ничего изменить. Меня ужасает величие Божие».

– Мы с Вами не каинисты, которые говорят о том, что есть предопределенные к спасению, а есть предопределенные к вечным мукам. Мы должны помнить, что Бог есть милосердие и любовь. Это Его первое определение. И мы спасаемся не своими добрыми делами и заслугами. Мы спасаемся по милосердию Божьему.

Евхаристия – это дар Божий человеку. И мы можем воспринять его только в моменте любви, никак иначе. Отношения с Богом выстраиваются либо на страхе, когда Его воспринимают как прокурора, который выписывает штрафы, но тогда нет никакого смысла в спасительной жертве Христа на кресте, либо как милующего и милосердного. Именно для этого, как говорится в Евангелии от Иоанна, Бог отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий, верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную

Мы действительно должны воспринять, что все, что нам послано: ребенок, любящий супруг и даже этот день, – есть дар Божий и Его любовь, проявленная к нам. Вы хорошо сказали, что у Бога нет прошлого и будущего. У Него есть только настоящее, то есть подлинное.

И спасаем не мы себя потому, что достойны, а спасает нас милосердие Божие. Это первая мысль, с которой может окончиться Ваша боязнь. Потому что боязнь – это неправильные отношения с Богом. Мы не должны бояться, мы должны Его любить. И когда мы подумаем о милосердии Божьем, тогда поймем, что и мы сами, и наша жизнь, и наши дети – это дары Бога. И в этой любви и милосердии Вы обретете успокоение.  

– В греческом языке звучит не «страх Божий», а «трепет Божий», то есть «с трепетом Божиим приступите». В этом случае слово «трепет» подразумевает именно погружение в Бога, а не состояние, когда мы просто находимся в некоем поиске. Вот мы говорим, что человек, который причащается без страха Божия, причащается в смерть, а что происходит с нами, когда мы думаем, что причащаемся праведно, а на самом деле не готовы к Причастию?

Помните, в Евангелии говорится: кто отлучит нас от любви Божией? И Господь перечисляет, что ни скорбь, ни теснота, ни гонения, ни голод – ничего, в принципе, не может отлучить нас от любви Божией. Мне кажется, что недостойно человек причащается тогда, когда он считает, что причащается достойно.

Бывает, спрашиваешь у человека: «Будешь сегодня причащаться»? И он отвечает: «Нет. Знаете, батюшка, я сегодня не готов причащаться». И тогда возникает вопрос: «Значит, в какой-то момент жизни ты считал, что достоин причаститься?» И вот это дерзновение человека, когда он считал, что достоин причаститься, говорит в первую очередь о том, что он не воспринимает Евхаристию, Причастие, литургию как дар, потому что мы никогда не будем достойны ни любви Божией к себе, ни того или иного дара Божьего себе. Мы всегда ниже этого дара Христа.

Интересный момент связан с Авраамом, когда он приносит в жертву своего сына Исаака. Господь говорит ему: «Принеси сына своего, первенца». А ведь Авраам так радовался ему! Этот момент невозможно понять без понимания того, что и Господь принес Сына Своего возлюбленного в жертву за грехи всего мира. И если мы не видим эти два момента в перспективе одного и другого, то мы не понимаем действия Авраама.

Один человек сказал мне: «Если оторваться от того, что это записано в священном тексте, и воспринять это как какую-то житейскую историю, то это уму непостижимо. Если не брать в расчет какого-то психически больного человека, которому Бог в его видении повелевает убить собственного ребенка и он его убивает, а рассматривать эту историю, связанную с Авраамом, то мы, читая этот текст, понимаем, что Авраам действительно имеет подлинные отношения с Богом, и он понимает, что Бог не сделает ничего плохого ни ему, ни его сыну. Авраам не знает, чем закончится эта история, но верит, что оба они останутся живы».

С другой стороны, эту историю мы можем воспринять только тогда, когда видим отношение Бога к человеку и то, что Бог посылает Сына Своего для того, чтобы Он избавил нас от греха, от всеобщей поврежденности, которая есть в нашей природе. Мы всегда ощущаем некую свою несостоятельность. Сколько бы нам ни говорили, какие мы хорошие, замечательные, мы все равно понимаем, что это не так, что мы хотим быть другими лучше, чем мы есть.

Эта наша несостоятельность как раз и говорит о том, что мы что-то утратили, и в первую очередь мы утратили свои отношения с небом, с Богом. И только Бог может восполнить ту пустоту, которая образуется в душе у каждого, до той полноты, какую мы сами ничем не можем восполнить.

Человек иногда пытается заполнить ее теми или иными кумирами, и это необязательно деньги. Такими кумирами могут быть дети, семья. Вот человек считает, что он будет счастлив, если у него будет семья. Но он все-таки должен понимать, что на этой земле он один, и в первую очередь из-за нашей разобщенности, нашей невозможности, подобно Адаму и Еве, увидеть друг друга.

Адам говорит о Еве: вот, это кость от костей моих и плоть от плоти моей. Почему он так сказал? Потому, что он видит Еву в перспективе, неотъемлемой от себя. И открылись глаза у них обоих, и узнали они, что наги. Они не просто подумали, что они голые, они испытали стыд друг перед другом, а следовательно, почувствовали некое несовершенство, различия между собой, и произошла их разобщенность.

Эту разобщенность мы видим до сих пор: сколько бы человек меня ни любил, сколько бы я его ни любил, мы все равно чувствуем, что не можем до конца понять друг друга. 

– Получается, что мы потеряли духовное спокойствие и мир.

– Да, и мы можем приобрести его только единством. Мы можем приобрести семейное единство только тогда, когда будем стремиться к центру к Богу. Только тогда мы ощущаем спокойствие в этом мире и понимаем, что у нас есть опора, благодаря которой мы можем быть едиными со всеми членами нашей семьи (если говорим о семье) и с другими людьми.

Мы это видим на примере святых. Святой человек может ничего не говорить, он просто присутствует в комнате, и тебе уже хорошо, спокойно и светло, и ты, видя его пример, уже готов примириться со всеми трудностями в твоей жизни. Так было всегда пример старцев, благочестивых бабушек и дедушек, которые могли ничего не говорить, но один их вид помогал успокоиться и принять все в жизни.

– Когда мы помогаем какому-то храму, маленькой часовне или грандиозному собору, мы как бы хотим получить какое-то вознаграждение за это; например, чтобы священник сказал: «Ты столько пожертвовал, ты просто молодец…» Или ты сам чувствуешь, что молодец. Скажите, пожалуйста, можно ли заменить поиск душевного спокойствия в этом мире таким вложением денег?

Нет, нельзя, потому что мы понимаем, что душевная и духовная история это путь. Бог сказал о Себе: Я есмь путь и истина и жизнь. Господь есть и начало этого пути, и его конец, и мы должны совершить определенное восхождение по этому пути. Выкупить этот путь мы не можем. Мы можем воспринимать пожертвование как одну из историй этого пути, потому что пожертвования говорят о возможности человека: из того, что Господь ему дал, он отдает часть Богу.

Мы же помним и из Ветхого Завета, и из Нового, что люди всегда отдавали Богу десятую часть от того, что Господь им давал, и это было благодарностью Богу за Его подаяния. Но это только одна из частиц духовного мира, в котором есть и молитва, и пост, и воздержание, и борения человека. Это определенная дорога, которую проходит каждый человек, и заменить ее денежными приношениями невозможно. Это увлекательная история пути человека к Богу и Бога к человеку.

– Отче, что же нужно сделать, чтобы достичь этого духовного спокойствия, этого мира?

– Чтобы достичь духовного спокойствия, нужно иметь упование на Бога и благодарность Богу за свою жизнь.

– Что бы ни случилось?

Да. И нужно уметь благодарить Бога. Иов говорил: «Если я благодарил Бога за все хорошее, что Он мне ниспослал, то неужели вы думаете, что я буду Его ругать за то, что сейчас мне посылается?» Это есть мудрость духовного человека. И это, конечно, любовь к ближнему, когда мы научаемся любить.

Если мы задумаемся над тем, скольких людей готовы любить по-настоящему, то поймем, что их не так уж и много. С другой стороны, что для них значит наша любовь? Не являются ли они пленниками нашей любви? Не означает ли для них наша любовь, что мы хотим все решать в их жизни? Нам нужно помнить, что любовь к ближнему проявляется через самопожертвование, и когда у нас есть готовность на самопожертвование, именно тогда мы приобретаем духовный мир.

Ведущий Глеб Ильинский

Записали Анна Вострокнутова и Людмила Белицкая

Показать еще

Помощь телеканалу

Православный телеканал «Союз» существует только на ваши пожертвования. Поддержите нас!

Пожертвовать

Мы в контакте

Последние телепередачи

Вопросы и ответы

X
Пожертвовать