О жизни отца Всеволода Шпиллера. Часть 1

Рассказывает его духовный сын, ученик и близкий друг – Андрей Борисович Ефимов.

Часто проповедники сравнивают нашу жизнь с плаванием по житейскому морю, в котором чаще всего встречаются не попутные, а встречные, бурные ветры. И порой кажется, что волны этого моря, становясь штормами, вот-вот затопят нашу утлую лодчонку, и спасенья уже нет! Но через все беды и скорби, через рев и буйство стихии, мы, христиане, не можем не слышать голоса Христа Спасителя, негромко говорящего нам: “Дерзайте, это Я, не бойтесь”. Он может войти в нашу лодчонку, и тогда все успокоится, и тогда мы станем его спутниками, и вместо всех встречных ветров, нам подует ветер попутный, и мы приплывем туда, куда надо – мирно, спокойно, и вовремя. Так говорил в одной из проповедей, вспоминая хождение Христа по водам, прот. Всеволод Шпиллер, замечательный пастырь, проповедник, богослов 20 в., более 30 лет бывший настоятелем Николо-Кузнецкого храма в Москве и духовно воспитавший многих ныне известных священников. Однако не только в проповедях с необычайной силой и ясностью отвечал отец Всеволод на самые трудные вопросы современности. Вся его жизнь была таким ответом – и примером: как и чего нужно держаться человеку, несущемуся в утлой лодчонке по бурному житейскому морю. Нам всем в этом море вовсе не должно погибнуть, а напротив – нужно доплыть до земли обетованной и спастись! На ближайших УП о жизни о. Всеволода Шпиллера нам расскажет его духовный сын, ученик и близкий друг – Андрей Борисович Ефимов, доктор физико-математических наук, профессор, заведующий кафедрой истории миссий Православного Св. -Тихоновского Гос. Университета.

После того, как в ноябре 1920 г. Русская армия генерала Врангеля эвакуировалась в Константинополь, туда пришло около 130 «плавсредств». По словам очевидца, это были «военные корабли, казенные транспорты и бесконечная вереница коммерческих судов всяких рангов, величин и названий. Все они были переполнены народом». Сотни тысяч русских беженцев ждали, как решится их судьба. Наконец, через две недели беженцев было разрешено разместить на берегу в трех военных лагерях: в Чаталдже, неподалеку от Константинополя, в Галлиполи, в Дарданеллах, и на острове Лемнос на севере Эгейского моря. Туда и отправились недавние жители России – военные и гражданские, о которых позднее так точно сказал Маяковский: «...к туркам в дыру, в Дарданеллы узкие, плыли завтрашние галлиполийцы, плыли вчерашние русские».

В 1927 году Всеволод Шпиллер поступает на Богословский факультет Софийского университета, где он получает и богословское и философское образование. В то время в Софийском университете преподавали известные в православном мире богословы и историки: Зызыкин, Глубоковский, Цанков, Златарский, Поснов и другие. Позже о. Всеволод составит ряд интереснейших записок о богословском факультете и религиозной жизни в Болгарии того времени. А в годы учебы студент Шпиллер серьезно занимается научной работой: его интересуют вопросы церковно-государст-ных отношений, и именно их исследование становится темой его выпускной работы.

Хоть в Советскую Россию, но все же на Родину, отец Всеволод вернется не еще скоро. Впереди его ждут годы жизни в Болгарии – мирные и военные, скорбные и радостные - годы священнического служения и научения. Но одно в это время будет оставаться неизменным – искание прежде всего остального – Царствия Божия. Во всем и через все: через общение с о. Евлогием и вл. Серафимом, через служение в Церкви Богу и людям пока еще на чужбине, о. Всеволод будет восходить по ступеням прожитых лет на свою колокольню – и в прямом и переносном смысле, чтобы стать для своей паствы колоколом, благовествующем о спасении и призывающем всех искать прежде всего остального Царствия Божия. И потому оставит он относительно благополучную жизнь в послевоенной Болгарии и отправится вместе с семьей в Советский Союз, где его могут ждать и гонения и лагеря. Отправится, потому что знает – как это важно: научиться самому и научить других жить по воле Божией…

23 августа 2010